Край, где поселились люди

Пошли-пошли, сейчас костер разведем, согреемся, – Сергей махнул рукой.

– Пошли с тобой! – Геннадий Петрович потянул его к выходу. – Что нам надо?.. Давай доски, Миш, пила у тебя есть?

– Да какая пила, топор нужен! Ща принесу!

– Миш, давай топор, и газет прихвати для розжигу, зажигалку, у меня все мокрое, а мы с Сергеем ко мне.

– Можно в тазу, он железный… – махнула головой Татьяна в сторону огромной посуды с водой.

– Да, давай отнесем, – мужчины схватили таз и потянули к выходу. – Гена, подсвети нам!

– Дистрофик, а ты сходи, притащи одеяла, плед, что найдешь, одежду тащи!

Парень с трудом приподнялся, взял одну из свечей, стоявших в проеме, и потащился наверх.

– Лиль, пойдем ко мне, вещи нужно взять, надо переодеться…

– Я уже ничего не чувствую… – та уже плакала, слезы градом катились по бледным щекам.

– Давай-давай, нужно притащить, что есть, всем надо переодеться.

Девушки поплелись наверх: каждый шаг теперь давался с трудом, не слушались ни руки, ни ноги. Во всем теле была адская боль, ступни жгло огнем, будто они были не промокшие, а топали по раскаленным углям.

– Давай, Лиль… сейчас переоденемся.

Они зашли в квартиру Влады, хозяйка сама из последних сил передвигалась по комнатам, словно моментально забыв, где вообще находятся ее вещи. Протянула первые же попавшие джинсы и свитер девушке, та с трудом начала переодеваться.

– Вытирайся, – Влада протянула полотенце. – Лиль, вон сумка, давай вещи туда покидаем, вниз потащим.

Она кидала с полок полотенца, пододеяльники, пледы, кофты, носки, шарфы, свитера, какие-то вещи, которые на ощупь казались ей теплыми.

Комкала их не глядя и запихивала в сумку, схватила с вешалки пальто, потянулась за шапкой, сунула зимние сапоги на невысоком каблуке и сама пыталась переодеться на ходу.

Ноги не слушались, мокрая одежда облепила тело и будто не хотела с ним расставаться, волосы слиплись и мешали, руки не сгибались и не разгибались. С огромным трудом девушки переоделись, но теплее не стало, тело уже даже не ощущалось.

Они как-то все-таки натянули на себя и верхнюю одежду и схватили сумку за ручки.

– Я не могу… Я не дотащу… – Лиля снова заплакала.

Влада и сама уже не чувствовала конечностей, из сумки торчали вещи, она получилось тяжелой, и девушки попыталась просто потянуть ее по полу за ручки. Было ощущение, что они напихали туда кирпичей, ноша не сдвигалась.

– Лиль… мужчин надо звать… Мы не дотащим…

Давала силы только единственная мысль о предстоящем тепле.