На том свете. Часть 2

Но плотная эволюция нужна, чтобы накопить знания и возможности для проявления и жизни духа в Высших Мирах, ибо без соответствующих накоплений дух там глух, слеп. Многие не достигшие стоят там недвижно, каменным истуканам подобно.

Вся земная жизнь приобретает смысл постольку, поскольку она является подготовкой к Надземному пребыванию. Даже самая длительность пребывания в Незримых Мирах во много раз превышает земную. Одно это уже показывает значимость послесмертного существования. Правда, после него снова придется вернуться на Землю, и так – много раз, но опять-таки только для того, чтобы собрать новый материал и новый опыт для жизни в Надземном.

Таким образом, каждое нужное накопление используется духом на Высших Планах Бытия. Именно опыт земной нужен для Надземного Мира. Как же иначе расширять сознание и приобретать знания. Космос един, но в разных аспектах или градациях утонченности или разрежения. И можно представить себе поле проявления во внеплотном мире грубого, невежественного и неразвитого духа по сравнению, скажем, с великим философом или поэтом. Требуется утончение и расширение мышления.

Великой значимости полна жизнь на Земле в плотном теле, ибо возможность дается собирать сокровища опыта и знания для удержания их навсегда. Того, что дает Земля, нигде вне ее не приобрести, не приобрести и в Надземном, ибо Надземное есть такое состояние, где дух пожинает плоды и следствия земного пребывания. Если это последнее прошло без трудов и усилий и накоплений, внеплотное существование плодоносным не будет.

Многие духи, не накопившие ничего, уныло и беспросветно мятутся в Надземном, томимые неосознанными воспоминаниями и тоскою. Лишь труд накопляет огни.

Знание специальности хорошо, но лишь при уме синтетическом, в противном случае специальность подобна одной колее, свернуть или отойти от которой человек уже будет не в силах. Разве процесс мышления и вся внутренняя жизнь человека – явление плотного порядка? Разве мысль, запечатленная в ярких образах, мысленных картинах, скажем, художника, писателя или поэта, – явление плотно-материального порядка? Разве эти мысли можно взвесить на обычных весах или увидеть земными глазами, хотя тонким зрением своим их видит художник, поэт и писатель, прежде чем облечь их в символы красок или печатных букв и слов.

Даже содержание обычной книги заключается не в бумаге и типографской краске, но вне их, ибо они являются лишь средством выражения во внешних символах ее внутреннего содержания.