Дневник Z. Роман

Так, бас-гитара, – мчится за рулём какой-то раздолбанной машинки, непонятного советского производства а-ля «буханка», похоже, он счастлив.

Вступили барабаны, – и тут явился всего лишь хорошо прожаренный стейк и бутылка вина n-ного года, стол накрытый со вкусом, профессионально, скатерть безупречная. Толстый, хорошо прожаренный стейк всё ещё дымился на ромбовидной тарелке, казалось, что его чуткий запах пробивается в зал, сочный, приготовленный по всем правилам хорошей ресторанной кухни, он манил народ с невероятной силой.

Заиграла соло-гитара, выдав невероятные потусторонние звуки, но над головой гитариста, я увидела всего лишь лампочку, издававшую слабый жёлтый свет. Она гасла и вновь вспыхивала, как будто озаряясь новой идеей. Лампочка была обычной, как у Ильича, даже не энергосберегающей. Мне вспомнилось, что такие лампочки собирались запретить, а он вот до сих пор их использует…

Новая песня и вновь понёсся круговорот картинок —

Барабаны, – коррида, неистовая испанская коррида, красные тряпки- плащи и бесстрашный тореро.

Солист, Глеб, – огромное поле, над которым затянулись чёрные тучи, это поле после недавно, прошедшего сражения, по всему полю разбросаны тела раненных и убитых, а где-то вдалеке скачет, мечется конь, одинокий конь… Он удаляется и за ним тянется, извиваясь, какая-то красная ленточка..

Бас, – космос, звёзды, мириады звёзд, расплываются, улетают, приближаются, зрелище завораживает, и ты уже сам летишь в эту космическую бездну…

Соло-гитара, – медленно рассеивались клубы едкого дыма, сквозь них я увидела жуткую оскалившуюся пасть, но я не успела даже испугаться, как картинка сменилась, – и я увидела его, поднимающегося по невероятной лестнице, которая упиралась в небо, он был на полпути, но мне показалось, что он собирается спрыгнуть.

Мне кажется, я успела ахнуть, прежде чем картинка снова сменилась в такт мелодии, ставшей тёплой и проникновенной, казалось, это струны в твоей душе звенят, а на сцене ты только слышишь их отклик. Передо мною теперь просто плыли огромные пушистые облака, и перистые, и кучевые, они быстро сменялись, как будто убегая от догонявшей их мелодии, от звуков музыкальных инструментов… Эти пугливые, волшебные, невероятно красивые облака.