Князь Мышкин и граф Кошкин

Потом устроили танцы при свечах, плясали все, даже старшие зажигали по полной. Марь Васильевна такой шикарный рок–н–ролл оторвала, по всем правилам, никто от старушки такой прыти и не ожидал.

А мне хотелось только одного, двигаться под музыку, обняв Сережку за шею, и чувствовать его руки на своей талии, и чтобы это продолжалось вечно….

Но вечер закончился.

Котов проводил меня до дома, пожелал веселых праздников. И все. Стало грустно.

***

В ту сессию у меня был всего один экзамен. Пятого января я уже вышла на работу.

Из ребят был только Макс.

–Привет! Сдала?

–Ага.

–Чего делать собираешься?

–Пока не знаю.

–В «Пушкинском» фильм новый идет, говорят неплохой. Давай сходим? У меня как раз два билета, от сестры перепали.

Не то чтобы мне не хотелось идти в кино, скорее, не хотелось идти именно с Максом. Останавливало что–то. Но, с другой стороны, обязательств ни перед кем у меня не было, и я согласилась.

В целом, время провели весело, хотя фильм оказался так себе. После сеанса решили пройтись, но на улице было минус двадцать и надолго нас не хватило, пришлось идти в Макдоналдс греться.

Макс говорил без остановки, об институте, о своих однокурсниках, о том, что первый раз за компьютер сел в пять лет и потому совершенно не представляет, как это люди могут без него обходиться. Рассказывал забавные случаи, потом достал какой–то иностранный журнал и предложил пройти тест «на восприятие действительности». Похохотав вволю над вопросами, мы с энтузиазмом начали подсчитывать очки. Получилась, что Макс «романтичный прагматик», а я «инфантильная натура с холерическим типом характера». Байда полная!

Почти неделю мы просидели вдвоем в огромной пятидесятиметровой комнате, которую из–за полукруглой конфигурации и пяти здоровенных окон народ прозвал «шайбой». За это время мы как–то незаметно сблизились, у нас даже шуточки появились, мало кому, кроме нас, понятные. Макс подарил мне забавного песика на резиновой присоске. Это плюшевое чудо было сработано вопреки всем законам антропологии.

Голова у песика по величине была такая же, как туловище, лапы и хвост вместе взятые.

Не знаю, как он понял про нас с Максом. Даже Кузина ничего не обнаружила, и это с ее–то интересом к чужой жизни…. А он заметил. И изменился. Внешне все было по–прежнему, но я словно на стену натыкалась. Односложные ответы типа «да», «нет», колючий взгляд, странное хмыканье.

А потом я стала замечать, что ребята явно недолюбливают друг друга.