Китайская бирюза

Уж простите пожилого книжного червя! Роюсь в бумагах, просматриваю старые записи, разыскиваю телефоны китайских коллег, с которыми когда-то встречался на конференциях, читаю местную прессу. Хочется использовать столь короткую поездку с максимальной пользой. Вот такой я нудный старый очкарик. Уж прошу, как говорится, пардона…, дорогие «мадамы».

И китаист лукаво усмехнулся. Вокруг добрых его глаз появились морщинки-лучики, сделавшие его лицо похожим на добродушную физиономию Пьера Ришара, только с усами.

– Жаль… Очень надеюсь, что вы все же передумаете, – проворковала теперь уже Каролина и одарила Сергея Петровича самой ослепительной улыбкой, на какую, наверное, была способна.

 – А чай с конфетами и с рюмочкой коньяка все-таки будет ждать вас. Когда бы вы к нам ни заглянули.

Наконец долгожданный автобус подкатил к подъезду, туристы расселись по местам, которые «по-нашему, по-российски» они со скандалом распределили и «застолбили» еще в день приезда, и группа, пестрая, как китайская ваза, отправилась в Запретный город.

– На фига нам сдался этот старый зануда! – прошипела Каролина на ухо Варваре, едва автобус отъехал от отеля. – Расчирикалась тут: «Ах, господин ученый, ох, знаток!..». Сами разберемся, что почем, не маленькие! Давай расскажи всем подряд, как приходя на местную оптушку ты деньги в лифчик прячешь. Или как для крупных купюр заранее карман к трусам пришила. Вот смеху-то будет! Или всей группе поведай, что мы с тобой тоже собираемся на этом «Ябаллоу» отовариваться! Ну, как эти два деревенских «валенка», Вован и Борясик.

Стыдись, Варька! Все эти провинциальные спекулянты и нищие «интеллигенты» должны чувствовать, что между нами и ими – пропасть. Надо держать с ними дистанцию. Короче, обойдемся без посредников. Лично я по этому запретному музею три часа таскаться за гидом не собираюсь. Метнемся «по-бырому» – и хорош. А потом двинем на их знаменитую торговую улицу, присмотримся там к товарам, к ценам, а завтра с утра пораньше – опять на оптушку… Со мной не пропадешь, подружка!

И дамы, заговорщически переглянувшись и толкнув руг дружку в бок, захихикали, как школьницы…

Они были столь непохожи, что Лина даже удивилась, как эти две фемины вообще могли подружиться.

Хрупкая и порывистая блондинка Варвара и надменная Каролина, яркая и крупная брюнетка. Лина уловила из их трескотни, что у Варвары остались дома муж и трое детей, а Каролина, судя по тому, что она не поддерживала Варварину болтовню о семье, была одинока.