Аттестат зрелости

– Я смеюсь, – отозвалась та, – потому, что ты не желаешь использовать шанс, подаренный тебе судьбой, самой заработать на этот дом. Неужели ты думаешь, что Шахар сразу же отдаст все свои силы вашей юношеской мечте? Нет, милая! Он уйдет прокладывать себе дорогу в жизнь и ни перед чем не остановится. А ты пожалеешь об этом шансе, который сдуру упустишь, и слишком поздно вспомнишь мои слова.

– Ты агрессивна, – осадила ее Галь холодным тоном.

Тут Лиат прикусила язык, испугавшись настойчивости, с которой стремилась ее убедить.

При всем своем простодушии, Галь Лахав была далеко не дурой. Она постаралась спасти ситуацию.

– Это потому, что я волнуюсь за тебя, – сказала она прочувствованно. – Ведь я ж тебе почти сестра! Пусть я неопытна в этих делах, но кое-что понимаю… во многом благодаря Шели. Нельзя, нельзя так жертвовать собой ради мужчины! Подумай о себе. В руках у тебя ключ к блистательной жизни. Потеряв его, ты будешь горько плакать. Ведь ты же хочешь стать моделью! Я вижу по твоим глазам, что ты безумно хочешь этого! Ну, так хоть раз пойди на поводу у твоих амбиций, а не твоих страстей, и ничего не бойся! Если Шахар на самом деле любит тебя всей душой, то он никуда от тебя не денется.

Сомневаясь в верности выбранной ею тактики, Лиат со страхом ждала ответ. Он был жёсток:

– А знаешь ли ты, что такое любовь? Ведь ты никогда еще не была влюблена, так как ты можешь это знать? Так вот: тот, кто любит, тот ставит интересы любимого выше собственных благ. Любящая женщина пойдет за своим мужчиной куда угодно, хоть на край света.

Я от души желаю тебе, Лиат, испытать счастье такой любви и лишь только потом говорить об эгоизме и амбициях.

– Я говорю о реальной жизни, – с горечью выговорила та. – Ты – не первая и не последняя в мире девчонка, которая жертвовала всем ради своего парня, а спустя годы – хваталась за голову. А ведь многие из них, впридачу, сделали аборты.

– Насчет последнего не беспокойся, – прыснула Галь. – Я надежно предохраняюсь.

– Вот: снова – ты. Ты, а не он.

Значит, ты вовсе не так в нем уверена, дорогуша.

– Мне надоел этот разговор! – отрезала Галь с нескрываемым раздражением.

Она пошла в ванную, где напилась воды из-под крана, и вернулась в комнату более спокойной, чем раньше, но такой же нахмуренной и раздосадованной. Совершив по ней круг, она подошла к этажерке и достала другой сногсшибательный фотопортрет, на котором она была запечатлена в обнимку с Шахаром в вечерних нарядах на фоне вазона багряных цветов.