Повесть о «царском друге». Распутин

Распутин в это время выбирал за столом закуски, вновь выделил свой образ ликованием под разросшейся бородой и, у подпоённого алкоголем, никто не знал, как заходили под ней желваки.

– Немцы! Эти рыцари-прохиндеи источают наше государство… подтачивают! Плетут сети заговоров!.. – едва Распутин не проговорился о недавнем разговоре его с одним из представителей германской элитной службы. – Губят Россию. Неужель не знаете?! Клеветники, обжоры! Прохиндеи разные! Один только Бог ведает, что может произойти, но я вам верою своей и знаниями Высшего говорю: народ бунтует.

Царь спит!

Вдруг Распутин замолк. Как ни был он цареугодным подданым, но оставался всё же мужиком, крестьянским сыном. Предназначение в царской России класса, которым являлось только холопство. Своя, но неподневольная жизнь. Многие бы желали слушать «старца», что являлись из женского общества, но большинство из мужей не желали вслушиваться в патриотизм царского прозорливца. Часть из которых знали, какое влияние он имел на царицу и тем, что имел власть над недугом цесаревича Алексея Романова, имея статус целителя.

Как сам Григорий, принимая такой статус, всё же не придавал этому значения публике, своим обществом имея другие интересы, продолжая жить насыщенной жизнью, установившейся в царской России с начала правления дочери Петра Елизаветы Романовой: балы, карточные игры, увеселения не замечала, растлевая чиновничье окружение, спад нравственности, соединение с новодумающим тайными обществами. На то забвение и увлечение коммуной и намекал Распутин. Однако сам не понимал в этом течении, как и не желая втягиваться в него, он ограничивался только самодостаточностью, лестью и расслаблением от алкоголя да яствами, больше всего он любил хорошо поесть и сладкое.

– Не будем сейчас к высказыванию, уважаемый Григорий Ефимович. Столь истинные высказывания по поводу монархии вам сейчас не к лицу, – высказался один из оставшихся гостей.

Распутин заходил желваками, он готовил ответ своему собеседнику, явно понимая, на что намекает гость.

О лишних словах.

– Мир вам да благодать, – наконец высказал охмелевший разум «царского друга».

Тут оживились разговоры ещё стойких гостей, понемногу переходившие в споры с деловым переходом к вечерним играм. Распутин, также охладевший к политическим разговорам, почувствовав изрядно выпившим, решил собираться. Направленные духовные разговоры ввели его в транс праведности, захотелось отоспаться. «Умного понемножку», – посчитал он.