Литературный журнал «ДК», №03/2018

Убедившись, что источник шума не представляет опасности, он презрительно фыркнул, утратив к нарушителю тишины интерес. Он окинул огромное помещение испытующим взором: больше никого, только одинокий мотылек, чьи крылья шелестели где-то под арочным сводом высокого потолка. Настенные часы глухо пробили полночь. Осталось проверить верхние этажи.

Перед господской спальней он умерил шаг и, колеблясь, вошёл, пригибаясь, точно стыдился этого вторжения. Под шёлковым балдахином на простынях, раскинув руки, неподвижно лежала тонкая хрупкая фигурка – одни кончики пальцев подрагивали в глубокой дрёме.

Он постоял немного, переминаясь с ноги на ногу. Какие бы ни случались между ними разногласия, он был привязан к ней, ценил её заботу и проявлял ответную, оберегая от беды и храня ее покой. Быстрый, но внимательный осмотр пятен непроницаемого сумрака в углах и под мебелью позволил удостовериться, что её отдыху не помешают. Пятясь, он покинул спальню. Скоро его дозор закончится, осталось обойти пару пустынных галерей.

***

Первым он уловил запах – резкий, терпкий, неприятно тревожащий ноздри. Смутные подозрения зародились сразу же, когда он заметил открытую чердачную дверцу – от внезапного порыва ветра несмазанные петли громко взвизгнули. Чутье подсказало остальное. В дом проник чужак.

Вспышка гнева сменилась волнением. Что бы ни вошло сюда, оно не могло забраться далеко, запах был совсем свеж. Оно не успело бы спуститься на нижний ярус. Значит…

Рядом.

Спешка могла выдать его, однако он торопливо нырнул во мглу изгибающегося змеиным хребтом коридора, ещё не зная, с чем придется столкнуться.

Сердце лихорадочно колотилось. Стало не по себе, но он продолжал идти, зная, что некому, кроме него, защитить госпожу.

Прилегающие комнаты были заперты. Не колыхались портьеры. Ничьи неестественные силуэты не маячили на фоне показавшейся лестничной площадки. Казалось, он здесь – единственная живая душа, последний бодрствующий в царстве сна. Что, если ему все почудилось, разыгралось воображение? Он остановился, пытаясь унять бешеный пульс.

Гонится за померещившимся фантомом или просто выбрал не то направление?

Вдох-выдох. Вдох-выдох. Вот так. Всё хорошо? Вдох…

Запах, похожий на полынный, снова ударил в нос, теперь гораздо сильнее. По спине пробежал мороз. Нет, похоже, это не игры разума.

Он вжался в стену, разглядев движение впереди. Рваное, неуклюжее, как если бы жалко дергалась марионетка на полуоборванных ниточках.