А чего дома сидеть? Вольный поход. Книга первая. Дилетант

«Не понял, ты как свой прицеп тащишь? Он же неподъемный!» – от этих замечаний на душе сделалось чертовски легко: наконец-то мою ношу прочувствовал кто-то еще.

За поворотом мы попрощались, я поехала в сторону Перми, а Михаил – обратно в Воткинск на работу. Дорога была не из приятных: ямы, толстенные трещины, заплатки одна поверх другой. В лицо долбил ледяной ветер и стихийно сыпал крупицами снег. Непередаваемые ощущения! Проехала всего 37 километров, не встретила ни одного кафе, но повезло с магазином в деревушке – купила немного еды.

Когда добралась до соседнего города, уже вечерело. Обе здешние гостиницы отказали, не хотели принимать меня с собакой. Ночью еще держатся заморозки, ставить лагерь в лесу совсем не хочется. Пришлось поприставать к местным жителям: «Кто здесь что-нибудь сдает посуточно?» Объясняла всем, что мы с дороги, замерзли, пальцы онемели от холода, зубы стучат, желудки пустые. Жители пожимали плечами и ничем не могли помочь.

А потом пришло сообщение ВКонтакте, Михаил из Воткинска спрашивал, как мы добрались.

Господи, как же я тогда обрадовалась! Когда кто-то хоть немного знакомый есть в местном регионе, появляется надежда, что все можно разрулить. Ответила: «Стоим, как оборванцы, на улице, нас никуда не впускают». Миша тотчас поднял связи в городе и прислал своего коллегу-спортсмена. За 15 минут он решил вопрос, и нас с Капой на ночь разместили в спортивной школе. Обалдеть, спортивная школа! Лежу в женской комнате, здесь тепло, есть душ и добрый сторож, который напоил меня чаем с вареньем. Я довольно улыбаюсь: именно этого мне и хотелось, чтобы все было насыщенно и непредсказуемо.

В блоге временно закрыла комментарии. Вечером хочется отдыхать головой, а вместо этого заглядываешь и портится настроение. Очень много нравоучений и бестолковых разговоров.

День восьмой

Дорог в Удмуртии нет: 54 километра я боролась с жидким грунтом и не встретила ни метра асфальта! Как здорово, что еще перед стартом не стала никого слушать и оставила «злые» покрышки! Сегодня они меня спасли, иначе валялась бы где-нибудь в луже.

Весь день ехала по деревушкам и благодарила сугробы, по ним удавалось обходить затопленные участки. Пела песни, придумывая текст на ходу, разговаривала вслух, слушала шорохи в кустах, говорила им туда: «Мишка, ты нас не трогай». Когда добралась до федеральной трассы, выдохнула: наконец-то асфальт и люди! Мой нос сгорел и покрылся коркой, на губе цвела простуда.