О чем говорят камни

Из толпы невольников выделялся один: светлорусый, на голову выше остальных, косая сажень в плечах, голубоглазый с неунывающим взглядом.

К высокому парню подошел рыжий старик в парчевом тюрбане, и внимательно оглядывая его мускулатуру спросил:

–По арабски говоришь?

Парень кивнул.

Рыжий старик заглянул парню в зубы, и принялся ощупывать его мускулы..

Молодец состроил непонятную трагикомичную гримасу, желая скрыть неуместный смешок, и выпалил по русски:

–Отвянь скотина басурманская, щекотно ж блеать!

Старик посмотрел ему в глаза:

–Что ты сказал раб?

–Сказал, что буду служить тебе верой и правдой, и приму твоего бога, как своего…—ответил тот.

–Хм, хорошо—удовлетворенно крякнул старик, окончив осмотр—только не «как своего», а «заместо своего»…понял?

–Да господин…

–Замечательно, как звать то тебя?

–Костоломом, господин…

–А что это имя означает на твоем языке?

–Покладистый, мой господин, я сирота, с детских лет был в услужении в боярском доме, там меня так и назвали—Костоломом…

Рыжий старик обернулся к венецианскому купцу, и сказал, указуя на Костолома:

–Этого беру, дам тебе пятдесят дирхемов за него.

–Не маловато ль будет?—возмутился купец—он жрет в два раза больше остальных, сильнее в три раза, тут не меньше ста дирхемов получится…

–Не наглей купец—ответил старик—отвезу Костолома в Лусену, евреи его там кастрируют, еще неизвестно, выживет ли после оскопления…

Купец растроенно махнул рукой, мол «твоя взяла, забирай товар».

А молодой раб сжав зубы, с досадой процедил:

–Вот жеж Ёшкин кот, не на того поставил....

Глава 3. ОСКОПЛЕНИЕ

До Лусены от Малаки шли неделю.

Лусена—еврейский город в халифате, евреи—люди торговые, пущай даже и врачеватели, но что раб может предложить им?

На первом привале пересеклись с другим невольничьим караваном. Там я снова увидел Ксению. Ее вели в Кордову.