Нулевые. Затишье перед катастрофой

Взгляд Власова сразу привлекла его футболка, на которой было написано “THE END IS NEAR”.

– Забей парень, давай лучше выпьем, – сказал он.

Михаил был настолько взволнован резким появлением этого человека, что не мог ничего ему возразить. Пришлось согласиться с его предложением. Они проследовали к бару, Власов заказал себе пива, мужчина пил виски.

– Ты уж извини, я просто пару месяцев назад этой дряни нюхнул, мне там парни сказали, что надо как нюхнул ещё по нёбу провести, чтобы правильно было. Я провел, и мне так челюсть разъело, что проебал пятьдесят косарей на дантиста.

– Михаил.

– Чем занимаешься? – поинтересовался Владислав.

– Бизнесмен, – ответил Власов.

– Наверное, хорошие бабки зашибаешь?

– Местами.

– Я вот специалист широкого профиля. Рисую, строчу и пою всякие песни. А вообще я – художник, – с некой гордостью сказал Владислав.

– И про что картины рисуешь?

– Про Россию.

– Что-то в стиле Василия Шульженко и Васи Ложкина?

– Не. Я черпаю вдохновение из некрореализма и атмосферы конца восьмидесятых.

– Мне вот пару раз снилась Россия. Она выглядела, словно в труп нашей голубоглазой блондинки с длинной светлой косой влили нефть. У неё черные волосы и бледная кожа. Самое страшное в ней это её залитые чернотой глаза, из которых периодически сочится нефть, – дрожащим голосом произнес Михаил.

Владислав не смог сдержать смех, он поперхнулся виски, напиток полился у него из носа, Власов похлопал его по спине. Владислав не переставал смеяться.

– Какой сильный образ. Никогда не думал, что услышу подобное от бизнесмена, – Владислав с трудом пытался выговаривать слова через смех.

Михаил заметил, что за его столик подсел крепкий высокий мужчина. Он говорил о чем-то с Аней. Она смеялась и была настолько увлечена беседой, что Михаилу было не до смеха.

– Было приятно пообщается, мне пора. Может быть, ещё увидимся, – сказал он.

Нервной походкой Михаил шел к столику. Он был зол, и каково было его удивление, когда он узнал в этом высоком крепком мужчине Николая Петрова.

– О! Миша, я смотрю, ты перестал ползать и пресмыкаться, – сказал Петров.

Николай изменился за время их последней встречи. Он похудел, подкачался и отрастил волосы. А вот одет он был как всегда богато. Его решительный взгляд бульдозера смотрел прямо в глаза Власову.

– Я безумно рад тебя видеть, Коля. Может быть, ты соблаговолишь встать с моего места за столиком на двоих, – с некой остротой сказал Михаил.