Музыка и кисти

Но, как оказалось, чаще всего, двери оставались незапертыми, так как ключи хозяин терял быстрее, чем их снова для него изготавливали.

Мы вошли и Хэзл громко позвал:

– Юджин!

Послышалось шлепанье босых ног по паркету и к нам вышел тот парень, на которого я накричал в клубе. Он оказался высоким, модельного телосложения.

«Вот создает же природа иногда! И внешность и талант. Хоть падай и рыдай от зависти! Шучу, конечно».

На босые ноги наезжали чуть припущенные с бедер черные джинсы. Однотонная футболка горчичного цвета.

На руках браслеты, но их меньше, чем на концерте. Пряди надо лбом собраны в смешной хвостик, открывая высокий лоб. А вот лицо…

Наивные открытые глаза, яркая свободная улыбка и весь этот «мальчик» просто светился дружелюбием:

– Хлоя! Я так рад, что Хэзл тебя нашел!

«И с чего бы ты так рад, мне интересно?»

Ему действительно было 25 лет, но в свои девятнадцать, рядом с ним, я ощущала себя умудренной опытом старушкой, которая пришла полюбоваться на внучка.

Молодой человек приглашающе махнул рукой:

– Пойдемте же скорей!

Глава 3

Как и говорил Хэзл раньше, эта квартира-студия была просторная и двухэтажная. Небольшой коридор привел нас в огромную гостиную, совмещенную с кухней. Посередине стоял длинный удобный диван бежевого оттенка, рассчитанный на многочисленных гостей и невысокий стеклянный стол перед ним. Из высоких окон во всю стену открывался панорамный вид на город. А около самых окон блестел черный лакированный рояль с открытой крышкой.

На рояле белели разбросанные в беспорядке листы с рукописными нотами. С левой стороны уходила лестница на второй этаж, где располагалась спальня хозяина.

Мне определили комнату на первом этаже, напротив. На кухне, за барной стойкой, виднелось много самой разнообразной техники, но, судя по их первозданной чистоте, никто особо этим не пользовался. Я взглянула на большой серебристый холодильник и спросила:

– Кухней можно будет воспользоваться?

Мужчины сначала удивились, но потом Хэзл очнулся:

– Да, я сейчас же попрошу водителя привезти продукты.

Юджин обычно, или что-то заказывает или ест вне дома, если вообще, вспоминает, что надо поесть.

Молодой человек выслушал оценку на себя с той же обаятельной улыбкой и сказал:

– Я действительно рад, что не буду больше здесь жить один.

Еще раз осмотревшись, я подумала, что для одного здесь действительно слишком просторно.