Скучная, скучная сказка

Если он начнет копаться в быте и кулинарии девятнадцатого века, то он не сдвинется с места, он просто утонет в фактах событиях и ингредиентах, проверяя каждую мелочь и пытаясь свести их воедино. Пройдет столько времени, что его герои, просто умрут с голоду. И он уже не сможет слышать их голоса.

“Но почему я сказал именно пряники?” – подумал про себя Артем. – “Я ведь ничего о них не знаю. Более того, я не люблю пряники, но я попросил Марию, купить именно их. Значит мои герои хотят пряников. Значит в этом все дело! А может это я теперь хочу пряников? Сколько всего интересного может произойти, если по-настоящему чего-то захотеть.

Особенно, если захотеть пряников.” – и Артем заулыбался, чувствуя, что сказка, пока ещё робкая и наскоро придуманная, начинает обретать вкус и характер. – “ А заодно, я разузнаю что-нибудь про пряники.” – посетила его совсем уж нелепая мысль.

Глава II

Артем проснулся от того, что кто-то напевал в коридоре скользя босыми ногами по линолеуму. Или это ему снилось? А ещё ему снился небольшой французский городок недалеко от Орлеана, который готовился встретить Рождество.

– Мария? – спросил Артем, хриплым спросонья голосом.

– Ты опять заснул? – Мария заглянула ему в лицо, заглянула в монитор, на котором светился абсолютно чистый лист, заглянула в каждый угол кухни, проверяя, наличие тараканов, которых ужасно боялась и остановила свой взгляд на окне.

– Идет снег. – сказала она тихо и торжественно. – Первый снег. Скоро зима.

Она открыла дверь холодильника и снова закрыла его.

– Почему ты ничего не написал? – спросила Мария и тут же добавила. – Я, впрочем, тоже хороша, я не купила пряников. У меня, оказывается, нет денег. Я набрала целую корзинку продуктов, а на кассе заглянула в кошелёк и поняла, что там пусто. Представляешь, как мне было стыдно? Я почти расплакалась от обиды, а какой-то мужчина предложил оплатить мои покупки, но от этого я уже окончательно расплакалась и попросила не трогать мои пряники и пообещала за ними вернуться.

– Что ты пела? – спросил Артем.

– Это старинная французская песня.

И Мария опять стала напевать, что-то ужасно знакомое. Потом она стала рассказывать про то, как ещё в музыкальной школе, подобрала эту мелодию на слух и как восхищались её учителя. Как они хвалили её и ставили всем в пример, а сама Мария только плакала, потому что на самом деле она не подбирала, а сочиняла её. И ей было ужасно обидно, что Чайковский уже сделал это до неё.