Скучная, скучная сказка

В глазах у Сергея Дмитриевича появилось выражение некоторой досады, а у Виктора Тимофеевича, даже нечто похожее на страх. Впрочем, скорее всего это Артем был так раздосадован внезапным появлением двух этих визитеров, так некстати было их вторжение на кухню, что приписал свое настроение незваным гостям.

– Александр Македонский тоже был великий полководец, а зачем же табуретки ломать? – процитировал высокий, потеряв наконец всякую надежду поправить как-то стул.

Широко улыбнувшись, он стал доставать из пакетов продукты и ставить на стол или в холодильник.

Это был привычный набор, который покупал каждый поселившийся в квартире на перекупном переулке. Тут была непременная бутылка водки, хлеб, сыр, колбаса и пельмени. Были и привычные извинения, обещание не стеснить, просьбы разрешить поставить или подвинуться, вопросы о месте работы и месте учебы, приглашения разделить трапезу и даже выпить совместно рюмку-другую.

Артем сложил ноутбук и собирался было отправиться в свою комнату, но в проёме кухонной двери уже стоял Виктор Тимофеевич, призывая Сергея Дмитриевича осмотреть свою комнату и после очередной порции шуток и бессмысленных уверений в неизменном почтении, они оба скрылись в глубине коридора, откуда слышались долго ещё слышались их голоса.

Артем почувствовал внезапный и беспричинный приступ усталости, сердце его застучало и появилась одышка. Он тяжело опустился на стул.

“Ну, вот…” – подумал он про себя. – “Ещё один приехал. Интересно, надолго он?”

Сейчас, хорошо бы поговорить с Марией, но её нигде не было.

Ни на подоконнике, ни за столом… Она пропадала, если появлялись другие люди.

“Другие люди…” – прозвучал у Артема в голове её голос. – “Другие люди… люди…, но другие… люди.”

– Конечно, – пробормотал Артем устыдившись. – Они другие, но тоже люди. Не такие, как ты… Как я…

– Простите, Артем Александрович, вы текст повторяете?

За его спиной стоял Виктор Тимофеевич.

– Да, Витя… В смысле, нет… -Артем беспокойно оглянулся.

 – Чего случилось?

– Вы, наверное, знаете уже, что у нас изменения опять в плане и вашу смену перенесли?

Тон у Виктора Тимофеевича был взволнован, полон нерешительности, заботы и невероятной деликатности, а на лице его блуждала застенчивая улыбка.

– Да, мне звонила уже … – Артем защелкал пальцами. – Аня. Аня её ведь зовут? Я все никак не запомню.

– Ага… Там сцены переделали и что-то убрали. Но ваши-то не тронут.