Реклама артефактов!

Может, дождался мига, когда время остановилось. Пора порыскать вокруг. В отличие от Атиллы и молодого Артура, у меня был фонарик.

Было нечто наподобие легкого азарта, или взволнованного любопытства. Хотелось найти какой ни будь артефакт. Но не сильно крутой. Чтобы из-за него не нужно было бы менять жизнь. Но все же я стал бы крутым.

Мечей, копий и даже перочинных ножиков не было. Зато нашел медный ключик размером в пол-ладони. Брал его через платок, но все равно ощутил тепло.

Прошелся еще раз. Ничего.

Знаю, оглядываться нельзя, и никаких резких поворотов.

Но периферическим зрением все же виху. В секторе Эдика включился фонарик. Тоже начал поиск. Но все беззвучно. Андреич свой выключил. Подождем рассвета. Слава богу, мне есть что показать.

Если, конечно, это не подкинул Андреич. Или, пока я выделывался хаотичными танцами, какой то поздний путник, незаметно проходивший мимо, потерял ключ.

Легкий ветер, с каким то знойным теплом, стал обдувать нашу троицу. Андреич позвал к себе. Все. На сегодня конец артефактоискательству.

Собственно охоты за артефактами в ту ночь еще не было. Это было нечто наподобие тренировки. Или, скорее, обучение плавать в детском бассейне, где воды по колено.

Но место для тренировок было со следами крови. И в Великую Отечественную здесь велись бои, и в Наполеоновском нашествии здесь грабили обозы. Главное было то, что на протяжении многих веков из местных лесов жестокие грабители нападали на купеческие обозы и проливали кровушку.

Андреич показывал на карте еще пару мест, где можно вот так приблизиться к соседнему пространству.

Одно в южной Эстонии, пара в Карелии.

В эстонском лягушатнике для начинающих артефактоискателей я побывал. Все так же, но без коровьих лепешек.

***

Бронзовый ключик для меня не стал ни вещью силы, ни особым символом. Просто напоминание об удачном старте. Слегка грустное воспоминание о более наивных молодых годах.

Были найдены и сильные вещи. Но не сразу. Но зато по правилам.

В исторических архивах копался не только Андреич, но и Сикорский.

Меня эта часть не привлекала. Но уже на местности, где, согласно картам и описаниям более трехсот лет назад сражались и проливали кровь, я в рекогносцировке принимал активное участие.

Ландшафты со временем менялись, но вычислить вероятные движения боев можно было.

В горах, на перевалах, у мостов над пропастями все можно вычислить было точно. Но Андреич ссылался на жесткое ограничение – только равнины и невысокие холмы.