Зима и незима

Да и Ларисе теперь отдыхать надо больше. За двоих. А то у неё скоро такое веселье наступит, не до отдыха будет, скомандовала однокурсница Марины Тамара, и все быстро разошлись по своим комнатам.

* * *

Казалось, Лариса осталась довольна произведённым впечатлением. Получилось так складно, что даже сама прослезилась. Позже, устроившись на ночь на скрипучей железной кровати, она мысленно подвела итоги начатому ею грандиозному, невиданному представлению, которое собиралась разыграть в этой старой студенческой общаге.

Все персонажи действовали по задуманному ею плану; всё устраивалось так, как ей хотелось, но самое опасное и захватывающее действие было ещё впереди, и потому она обдумывала и рассчитывала каждый свой шаг. И всё же страх перед будущим, злость и зависть к Марине до предела взвинчивали её нервы. Она с трудом удерживала себя от истерики, в которой могла бы проговориться, открыть свои планы, и тогда рухнуло бы только что заложенное и такое шаткое здание мести, выстраиваемое и лелеемое ею, в течение долгих зимних месяцев.

Устроилась Лариса быстро, привычно разложив свои нехитрые вещи в шкафу и, казалось, сразу заняла собою почти всю небольшую комнатку. Марине предстояло провести с нею несколько дней. Каникулы есть каникулы. Студенты разъезжались по домам. Общежитие пустело. Лишь в нескольких комнатах оставался кое-кто из тех, кто собирался поработать в летнем городском стройотряде, да Марина, ждавшая своего мужа.

Днём Лариса уходила бродить по городу, возвращалась к вечеру с покупками.

Марину с собой не приглашала, держалась с ней отчуждённо и недружелюбно, часто раздражаясь и по любому поводу высказывая недовольство. Марина старалась не обижаться и не обращать внимания – у человека горе, но почему-то было досадно. С другими девушками Лариса общалась по-прежнему ровно, и только к ней её отношение изменилось.

– Наверное, это потому, что из всех подруг только я замужем, – говорила она себе и старалась пропускать мимо ушей очередную колкость раздражительной гостьи.

Дни, наполненные мелкими хлопотами, незаметно летели.

* * *

В это утро Марина проснулась от негромких стонов. Лариса лежала на кровати, держась за живот, временами вскрикивая от сильной боли. По её лицу струились не то слёзы, не то капли пота.

– Ты чего? Болит? Может дать таблетки? – спросила Марина обеспокоено.

– Не надо ничего. Ты только не уходи никуда.

– Хорошо. Не волнуйся. Я чайник сейчас поставлю. Завтракать будешь?

– Да не хочу я завтракать.