Синг-Синг

Гудзон величаво тянулся атласною темносинею лентой, теряясь в туманной дали… Все в природе казалось утопало в какой-то истоме, пташки и те замолкли, и над зеркальною поверхностью реки изредка неслись в погоне за вечернею добычей лишь крикливые чайки.

Обогнув по извилистой тропинке гору и оставив за собою мрачную возвышенность на которой расположена тюрьма Синг-Синг, путник должен непременно выйти на большую дорогу ведущую на юг к Нью-Йорку. Дорога плотно прилегает к реке, ширина которой здесь достигает четырех миль.

На пути к американскому Вавилону, к «царственному граду», немного в стороне от большой дороги навалена большая груда крупно разбитых камней, которую огибает нисенькая, серая, деревянная решетка с удобными дерновыми скамьями для прохожих. Предание говорит что под этою грудой мшистых камней сквозь которые местами пробивается мелкая мохнатая зелень, похоронен славный вожд и краснокожий воин племени Ирокезов по имени Аколатох (могучий человек), первым падший в битве с Англичанами в 1609 году. В том же году знаменитый английский мореплаватель Генри Гудзон предпринял путешествие с целью открыть исток реки получившей его имя. Оригинальная, без малого трехсотлетняя могила краснокожого вождя служит теперь местом отдыха для тех кто pedibus предпринимает прогулку из Нью-Йорка с целью осмотреть живописную местность и знаменитое здание «Крепкого места». В конце прошлого столетия и в начале нынешнего все обозы ходившие по торговому тракту в Нью-Йорк стягивались на ночь к могиле Индийца для привада. После отдыха обозных людей, как-то: фермеров, кустарей, эмигрантов-рабочих, пастухов или вернее погонщиков (cattleboys) и обозных лошадей, на заре весь караван отправлялся в Нью-Йорк. Так было до 1818 года. Позже, когда местность около могилы Индийца заселилась и не вдалеке пролегла большая шоссейная дорога, обозы, минуя излюбленную стоянку, разбивали бивуак на ночь у подножия небольшой горы Синг-Синг-Гилла, над которою теперь тянется главная арка большего водопровода. Чудные вековые ольхи, которые некогда покрывали своею тенью могилу Аколатоха, давно уже срублены сеттлерами этого райского уголка в первые годы вашего практического века. Срубленные деревья пошли на дрова или на материал для какого-нибудь блокгауза. Из нескольких десятков сеттлеры пощадили одну молодую ольху, которая потом лет десять еще украшала могилу Индийца. Буря сломила и это дерево.