Ингрид. Путь Древней крови

На первых словах наставника Ингрид радостно улыбнулась, но к концу фразы озадаченно сникла.

– Когда ты…

– Давно, – хмыкнул Даэмон, медленно ступая к выходу. – Если бы я не знал, что творится в моём доме, – грош цена была бы мне как охранителю от тёмных сущностей.

Лукаво улыбнувшись, мастер подмигнул девушке от двери сарая и бросил напоследок:

– Мне кажется, он заглядывался на синий фолиант на четвёртой полке восьмого стеллажа. «Деяния и свершения высших инквизиторов», если мне не изменяет память.

Демонолог ушёл, а Ингрид даже подпрыгнула от радости: вот теперь-то она разведёт домового духа на нормальный ремонт лаборатории и серьёзную защиту! Эльм старался всё восстановить как следует, если только удавалось угадать, какую именно книгу он хочет.

Послав вслед мастеру полный благодарности воздушный поцелуй, Ингрид ещё раз проверила своё ожившее создание и в предвкушении свободного вечера последовала за демонологом в дом. День обещал завершиться не так плохо, как предыдущий.

Феликс уехал, разговор братьев в свете дня уже не казался таким зловещим, осеннее солнце дарило последние тёплые лучи и играло разноцветными бликами в оставленных ночным дождём лужах. Разве может такой прекрасный мир разрушиться?

Ведьма бодро прошествовала к ведущей на второй этаж лестнице, насвистывая незатейливую песенку, услышанную на весенней ярмарке в столице. Мастер Дэ взял её тогда на праздник равноденствия и покровительства создателей, но сам весь день провёл в городской канцелярии.

Простой мотив прилепился не хуже репья и так и норовил вырваться из закромов памяти.

Создателей пришествие явило этот мир:

Раскинулись границами пространство и эфир.

Однажды залетевшие, прижились души здесь

И, сотворив бессмертие, послали другим весть.

Но в праздник равноденствия родился этот мир,

Свет Тьмой уравновесили, создав Ночной Сапфир.

Он спрятан у Хранителей, недостижим для зла,

Неотличим от камешков из синего стекла.

И в пору благоденствия, среди больших снегов,

После сражений с ведьмами явиться был готов.

Вот только инквизиторы не знали древних слов,

И камень, вновь утерянный, лежит среди снегов.

– Неужели Даэмон тебя миловал? – удивлённо спросил Кастель, спрыгивая под ноги Ингрид в парадном холле и возвращая мысли девушки из прошлого.

– Даже помог найти управу на Эльма, – заговорщицки улыбнулась ведьма, поправляя завивающиеся возле самого подбородка кудряшки.