Ингрид. Путь Древней крови

– Таких, как Янгара и Агнешка, единицы, все знают их имена, каждый хочет быть как они, но никто не готов жертвовать тем же, чем пожертвовали они. Да и те, кто стремится на их место, не так умны и хитры. Янгару я не знал, но, по словам Даэмона, мудрая была ведьма, к ней даже деревенский староста за советом часто ходил.

– Её бы совет сейчас пригодился, – вздохнула Ингрид, вспоминая мудрые карие глаза наставницы с лукавыми морщинками в уголках.

С годами образ старой ведьмы всё больше стирался из памяти, но эти глаза по-прежнему смотрели в самую душу, с пониманием и без укора.

Ингрид плакала несколько дней, когда узнала, что после их с Даэмоном отъезда из Хворостянок Янгара пропала на болоте, куда отправилась за первой клюквой.

– Её совет сейчас ничего не изменит, – возразил Кастель. – Всё, что нам сейчас нужно, – держаться вдали от поселений, пока есть запасы пропитания, а на зиму найти приют там, где можно затеряться, и не привлекать к себе внимания. Весной пойдём дальше.

– Мы можем прижиться на новом месте…

– Ингрид, – кот остановился и сел на землю, обняв своё тело крыльями.

 – Мы можем прижиться где угодно, но сама подумай: заведутся знакомства, появятся связи, и в конце концов до Феликса дойдёт информация о ведьме и крылатом коте сиреневого цвета. Сомневаюсь, что где-то есть ещё один такой, как я.

– Прости, Кась, – ведьма подошла к другу и, присев рядом, порывисто обняла. – Просто я подумала, что однажды всё снова может наладиться.

– В доме не было других ведьм, Ингрид, – печально опустил уши крылатый зверь.

 – Ни ты, ни я, ни даже Даэмон не убедят инквизицию, что это была не ты. Тот мальчишка был прав: мы привлекли слишком много внимания, и, если осесть где-то на одном месте, рано или поздно ты отправишься на костёр, а меня убьют там же, где и встретят. Феликс слишком фанатичен и предан Ордену, он не станет разбираться в ситуации.

– Ты прав, – Ингрид поднялась, поправила сумку за плечами. – Пойдём дальше?

– Пойдём, – согласился кот, припустив вперёд на всех лапах.

 – Для Даэмона будет лучше, если он забудет о нас.

Кастель и сам не поверил своим словам, но знал, что так будет правильно. Мастер вряд ли бы с ним согласился и нашёл не один десяток аргументов, но истина оставалась одна: покрывательство преступлений ведьмы каралось смертной казнью. Даэмону Истребителю следовало всё отрицать: не знал, не видел, не заметил – и тогда, может быть, он отделается лишь замечанием Совета, запретом деятельности на пару месяцев и штрафом.