Ингрид. Путь Древней крови

 – На горячую голову много бед натворить можно, а нам знания нужны.

– Что значит «звериная часть»?

Ингрид села на краешек постели, отрешённо разглядывая цветистый рисунок на стенах, нежнейшими вишнёвыми веточками расползающийся от пола до потолка.

Кастель какое-то время глядел на несчастно опущенную голову ведьмы, затем вздохнул и нехотя ответил:

– Рассказывают, что когда-то давно, ещё на заре инквизиции и войны с ведьмами, те имели два облика, но это всё, что я знаю. Может, Даэмон расскажет больше?

– И поймёт, что я всё слышала, – выдавила из себя улыбку ведьма.

Сиреневый кот поджал все свои лапы, обвил их хвостом, осторожно отведя его острый кончик в сторону, и на минуту прикрыл глаза.

– Приводи себя в порядок и ложись спать, – наконец нарушил молчание мохнатый спутник. – Добрые идеи ночью не родятся.

Захватив из комода свежую рубашку, Ингрид отправилась в умывальню, где ещё добрых два часа отмывала последствия своих опытов с тела и застирывала вновь пострадавшие платье и косынку.

Даже грубым ботинкам из непромокаемой и грязеотталкивающей кожи досталось сегодня с лихвой.

Забравшись под одеяло и пожелав добрых снов коту, она ещё долго не могла сомкнуть глаз – все воспоминания дня, от разбитого за завтраком молочника до визита инквизитора, вставали перед внутренним взором до тех пор, пока тихие постукивания веток по стеклу окна спальни не убаюкали её своей монотонностью.

Глава 2

Утренние неприятности

Проснувшись, Ингрид не сразу сообразила, что происходит.

Мысли лениво шевелились в голове и никак не хотели пробуждаться.

– Да просыпайся же ты, – простонал над ухом Кастель, методично втягивая и выпуская когти в плечо девушки. – Лиора за дверью уже твои поминки справляет! Весь дом на уши подняла из-за того, что ты посмела закрыться и вдобавок проспала утренний урок словесности!

Сон тут же как ветром сдуло. Ведьма села на кровати, сбросив недовольно мяукнувшего друга, вспомнила произошедшее накануне и бросилась к зеркалу, возле которого вечером оставила чистое платье.

Кот, не успевший выпутать когти из покрывала, которым Ингрид укрылась вчера поверх одеяла, раздражённо фырча, воевал с его плотной тканью. Девушка, ложась спать, так дрожала от внутреннего холода, что укуталась, словно гусеница в кокон, но сейчас Кастелю это уже не казалось хорошей идеей: согреть душу девушки ещё одно одеяло так и не помогло, а вот его когтям сейчас добавило мороки.