Продолжая Веллера: Легенды мафии. Том 1

Если бы его поставить на тропу носорогов, то и носорог бы, внимательно оглядев Шрека, вероятно, пошёл бы в обход.

Но «Гераклу» было наплевать. Его унизило уже само присутствие этого неудачника на Опеле, да к тому же посмевшего побибикать в ответ !

Меня, блатного муравья, …!

Шумно выдохнув, Стас попытался открыть дверь. «Геракл» препятствовал всем своим весом. А вес там был, и был даже немного избыточен. Дверь не открывалась. Тогда, приспустив окно (благоразумно, чуть-чуть, чтобы не пролез туда кулак) Стас миролюбиво спросил :

– Так ты же вроде меня ждёшь ? Вот он я.

Дай вылезу, что ли ?

«Геракл» отодвинул свою тушу. Он вращал кистями, разминал колени и крутил талией. В нетерпении, он, сам того не замечая, даже подпрыгивал. Он готовился к бою.

Профессионал.

И всем своим поведением он показывал это. Попутно устрашая противника.

Он надеялся победить в первом раунде. Максимум, в третьем.

Для истории осталось совершенно неясным, чего он ожидал от Стаса.

Возможно, ему грезилось, что тот выползет из своей лохотачки и бухнется на колени, отбивая лбом поклоны.

Мол, не губи, барин ! Прости раба грешного, нерадивого ! Последний раз, вот те крест !

А возможно, он представлял свой коронный удар слева под-дых и правой в голову, и снова слева, добивающий, а после, задрав вверх обе руки, он с достоинством раскланивается в разные стороны над поверженным телом. Благородно жалует жизнь проигравшему гладиатору, плюёт через губу, и неспешно залазя в машину, ловит восхищённые взгляды влюблённых дам, небрежно хлопает дверцей и уезжает, с пробуксовкой.

Или, взяв за грудки, и приподняв над землёй одной своей рукой, учит обнаглевшего понаехавшего пейзанина правилам и понятиям, принятым в этом славном городе, и небрежно отшвырнув его на обочину, пинком закрывает дверь его корыта и ………

В общем, не сбылось. День был, что называется, не его.

Хотя про спешный отъезд с пробуксовкой можно было бы и повнимательнее подумать.

Вышедший коротышка не доставал ему и до плеча.

Немного настораживал квадратный контур, но как следует додумать эту мысль он не успел. Квадрат, почему-то, не захотел дожидаться ни коронного под-дых, ни хватания за грудки. На колени он, впрочем, тоже не пал. Всё произошло чрезвычайно быстро, и никак не уложилось в рамки геракловой стратегии. В воздухе резко мелькнула чья-то рука, и это было последнее, на чём успела остановиться мысль внезапно потерявшего связь с гравитационным полем героя.