Крик

И контрагенты передо мной расшаркивались в любезностях и уважении. И я быстро приспособилась. Выработала осанку. Неторопливую речь. Значительные жесты и взгляды. Причем удивительно, как быстро во мне произошло это превращение. Я как-то поделилась об этом с Володькой Макаровским, а он мне говорит, что это как в армии, стоит рядовому присвоить сержанта, дать ему должность и из милого паренька мгновенно вырастает держиморда: власть меняет человека. В общем, я была так довольна, что не верила, что это происходит со мной.

Платили мне нормально, на эти средства можно было жить. Я кое-что купила себе из шмоток, о чем мечтала, Степку одела как картинку. Сейчас очень много хороших и удобных детских вещей. Отец, правда, считал, что здесь все-таки что-то не так, но от моих денег не отказывался.

И вот однажды звонит мне Дятел и просит зайти к нему. А я уже и забыла о его существовании.

Прихожу. Он начал издалека, сказал, что руководство моей работой довольно:

– Ты быстро освоилась, заняла правильную линию общения с сотрудниками и с нашими контрагентами.

О тебе от всех очень хорошие отзывы. Скажу тебе откровенно, поскольку фирма твоя крупная, мы на всякий случай, наблюдали тебя и в быту и, так сказать, в личной жизни. Ты не удивляйся и не обижайся, мы вынуждены за всеми так присматривать и за людьми на более высоких должностях. Сама понимаешь – конкуренты не дремлют, ну и бандиты иногда шалят. Повторяю, мы так за всеми присматриваем, – откровенно говоря, меня это нисколько не оскорбило, за такие деньги и за такую работу пусть наблюдают.

– И тут у меня, Вероника Николаевна, к тебе такой вопрос.

Я насторожилась. Думаю, что еще за вопрос. И лихорадочно вспоминаю, чем я их удивила.

– Мы заметили, что ты с мужчинами не встречаешься. Я понимаю, у тебя было горе, но жизнь продолжается. Сейчас не старые времена. На интимных отношениях никто не зацикливается. Секс есть секс – он даже, говорят, для здоровья необходим. Ты сейчас неплохо зарабатываешь. А вот с мужиками не встречаешься.

Или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь. Так оно и есть. Никак не оттаю после смерти мужа, даже не пойму почему. Мужики меня что-то не особенно интересуют.

– Ты меня не пугай, – засмеялся он. – Молодая, красивая женщина и вдруг – мужики не особенно волнуют. Ты ведь нормальной ориентации?

– В общем волнуют, конечно, но не до такой степени, чтобы я этим была озабочена.

Он вдруг как бы задумался. И довольно долго молчал. Молчал и все тут.