Пепел на губах

– Никак не могу привыкнуть к твоему голосу у себя в голове, – тихо проговорила Эльза. – Гертруда обещала, что дар речи к тебе вернется.

Дея обняла ее сзади, но мачеха не повернулась. Она продолжила смотреть в окно отсутствующим взглядом.

– Иди спать, – устало произнесла Эльза.

На секунду замерев в нерешительности, Дея поцеловала женщину в мягкую щеку и пошла в свою комнату. Вскоре сон одолел ее, и она уснула.

На следующее утро проснувшись, Дея обнаружила, что ее отца еще нет, мачеха выглядела не выспавшейся и грустной.

«Доброе утро! Папа не возвращался?»

Эльза подняла на падчерицу безжизненный взгляд и лишь отрицательно мотнула головой.

Вечер наступал долго и тягостно. Днем Дея особо не переживала, надеясь на скорое возвращение отца, но с каждым часом ожидания внутри нее нарастала волна беспокойства.

Что-то произошло, Дея это чувствовала, но отказывалась принимать, до последнего надеясь на лучшее.

Уже стемнело, когда они с мачехой, накинув плащи на плечи, вышли за ограду.

В руках Эльзы была масляная лампа. Стоя на опушке леса, женщины долго смотрели на черную стену деревьев. Их охватывал первобытный страх, какой испытывают люди перед встречей со смертельной опасностью.

Блуждать в темноте было очень страшно, и они решили дойти хотя бы до дальнего оврага.

Спотыкаясь об ухабы и выбоины, то и дело встречавшиеся на тропе, они побрели через поле, а затем дальше, вдоль зарослей. Дея, плотней закутавшись в плащ, старалась не отставать от мачехи.

Они остановились у обугленной кривой сосны, до самых корней расщепленной молнией.

Эльза позвала мужа, но на зов никто не откликнулся.

– Где же он? Что с ним могло случиться? Неужели лихих людей встретил? – она горестно заламывала руки и продолжала кричать: «Ансельм!».

Гулкое эхо разносило ее слова далеко. Дея стояла возле мачехи и с ужасом вглядывалась в темноту.

«Может, по тропинке до озера дойдем? А вдруг отец лежит где-то там и истекает кровью?» – мысленно спросила Дея.

– Нет, – Эльза боязливо поежилась, глядя на непроницаемый мрак.

 – Пора возвращаться. Будем надеяться, что Ансельм вернется домой целым и невредимым.

Ночь прошла беспокойно. Дея, свернувшись калачиком под тонким одеялом, пыталась уснуть, но сон никак не шел. Лягушки разрывали ночь своим многоголосьем, в лесной тиши старательно выводили песни ночные птицы.

«А если отец не вернется? Где нам его искать? Разве можно найти дорогу в такой темноте. Да и заблудится немудрено».