Империя драконов. Темный эфир

Зашептала заклинание, следя за тем, как кровь обернулась черной дымкой, а рана превратилась в выжженный татуированный символ. После быстро потянулась к медальону и с силой сжала его в ладони. С момента ритуала прошло уже достаточно времени, Эстион можно активировать.

Стоило провернуть все эти манипуляции, и я смогла вдохнуть полной грудью. Лихорадка медленно, но верно отступала.

Я и подумать не могла, что город попытается меня выпить! В Элишире все было совсем не так, да и темных я там видела.

А с этим местом что не так?

Пришлось быстро брать себя в руки. Всплеск моей магии в этой светлой обители с трудом, но я смогла скрыть, однако не стоит рисковать. Не хватало еще на стражу или солдат нарваться. Иначе мне не поздоровится.

Но что уж там. Страсти начались с моим прибытием к трехэтажной домине из светло-голубого камня, переливавшегося в лучах солнца. Когда двое громил не впустили меня в это святилище кружев и рюшек за неимением записи на прием, я решила пробраться к модисту через черный ход.

В другой ситуации я бы потратила время на тщательно обдуманные действия, но это в другой ситуации. Однако все же не свезло. Поймали у черного хода, вынесли через парадный. И пока несли, я то брыкалась, то выдумывала объяснения на ходу, приправив жалобную сказку воплем: «Это вопрос жизни и смерти!»

Сочувствием не прониклись, на брыкания внимания не обратили и таки вынесли. Причем не церемонясь, сбросили на вымощенную цветной плиткой дорожку.

А мое послание к Проклятым богам в самых изощренных формулировках не услышали, скрывшись за двустворчатыми дверьми.

– Чтоб вам водяные кикиморы в жены достались! – рявкнула я.

И что теперь делать? Караулить этого модиста у крыльца? Не вариант. Появятся будущие мужья кикимор и унесут подальше. Да и что-то мне подсказывает – он в этом голубом доме еще и живет. Ну или, на худой конец, творит неделями напролет, не вылезая на свет божий.

– Так дело не пойдет!

Я уж было решила принять вторую попытку штурма, когда услышала:

– Лу… Луцирия?!

Резко обернувшись на удивленный голос, не могла поверить своим глазам.

Передо мной стоял мужчина с портрета, разве что старше лет на двадцать. Медового цвета волосы связаны белой лентой и перекинуты на плечо. Высокий и кареглазый. Светло-голубой костюм сидел как влитой, подчеркивая крепкое телосложение.

Но мой мимолетный всплеск радости скончался в агонии.