Империя драконов 2. Чародейка смерти

Первое пророчество, которое касалось младшего сына императора, отпечаталось на камне двадцать один год назад и гласило следующее:

«Императрица Валирия родит через год сына, чью голову увенчает корона правителя».

Боги сказали свое слово. Супруга Эрвальда родила принца. Эларонису Митиану, младшему сыну Владыки Свободных земель, был дарован титул наследного принца. Нилмэйну в то время было всего десять, и он стал первым, кто преклонил колено перед колыбелью младшего брата.

И несмотря на то что Элая тщательно готовили к роли будущего императора, обучая ораторскому искусству, дипломатии, политически-экономическим наукам и прочему, что должен знать наследник великой империи, это событие не стало достоянием общественности, чтобы не вызывать лишних вопросов.

Потому многие считали именно Нилмэйна будущим правителем.

Это привело к большим разногласиям среди главенствующих семей. Однако тех, кто пытался манипулировать старшим принцем и навязывать ему свои стремления в попытке усадить на трон, ждала страшная расплата.

Нил яростно защищал младшего брата от любой угрозы. И до семнадцати лет Эларонис души не чаял в сильном, амбициозном и благородном принце, которого не прочь был видеть на троне отца.

Эларонис не щадил себя. Из кожи вон лез, чтобы стать хоть наполовину равным старшему брату по силе. И когда наследному принцу исполнилось семнадцать, на Пророчем камне боги оставили новую нить будущего.

«В день Интэрона Эларонис Митиан получит своего духа дракона. И будет он сильнейшим из когда-либо существовавших духов в правящих императорах.

Черный дракон для светлой души, что принесет проклятие и погибель в земли империй или дарует им процветание и величие».

Для императорской семьи это стало страшным ударом. В тот вечер Эрвальд долго спорил с Нилмэйном. И Элай стал невольным свидетелем, услышав о Пророчем камне и проклятии, которое обрушит на свою семью, свой народ и земли.

Забывшись в поисках предотвращения пророчества, отец, брат и даже мать отдалились от Элая, оставив юного принца наедине с кошмарами, страхами и неизбежным горем.

Приближение Интэрона он ждал, словно узник, приговоренный к казни. В день своего восемнадцатилетия, как и было предначертано богами Альвиоса, Эларонис столкнулся лицом к лицу с ужасающим монстром. Существом с такой силой, какую можно ощутить лишь в Цитадели Истоков от чистой энергии темного эфира, если бы та вырвалась из оков.

Элай чувствовал его жажду крови, бушующую ярость и вражду.