Архат

Его образ олицетворял икону уверенного в себе победителя, которая была им необходима. Когда он говорил, то они прислушивались затаив дыхание, как к словам пророка. Они полностью очаровались им, сделав его своим идолом.

Марк пользовался ими, превратив в толпу своих постоянных клиентов. Когда он съехал от матери, то для заработка ему даже не нужно было переступать порог квартиры. Каждый день знакомые стекались к нему сами, увеличивая доходы, от продажи конопли.

После того как Марк расположил их к себе, возле него с утра до ночи вились толпы людей.

Ему нравилось находиться в гуще событий. Он был как центр солнечной системы, вокруг которого постоянно вращались планеты, появлялись и сгорали звезды. И хотя людей вокруг он считал «туповатыми и без изюма», это никак не мешало ему быть со всеми в хороших отношениях. Он мог смеяться над человеком, высказывая в лицо жесткие колкости, и тому бы даже в голову не пришло обижаться или злится на него. В этом состоял феномен Марка.

Его гости, подобно недовольным старушкам у подъезда Луки, считали своим долгом мерить каждого появившегося в комнате гордым взглядом, желая выставить оценку за внешний вид.

Всякий раз, попадая под их оценивающие взоры, Лука испытывал давление, ощущая себя редким экспонатом на выставке.

Он сожалел, что ценных моментов проводимых наедине с друзьями становилось все меньше. Ему представлялось непосильной задачей говорить с ними по душам, чтобы кто-нибудь в комнате не усмехнулся над фразой, вырванной из контекста.

От смешавшегося запаха духов и дыма сигарет в квартире не хватало воздуха. Но Лука считал, что ему душно больше от того, что он дышит с ними одним воздухом.

В бесконечном потоке гостей одни напыщенные лица сменяли другие. Во всем этом движении Лука не пытался запоминать имен в отличие от Яна, стремившегося подружится с каждым. Ян с искренней радостью записывал в телефон их номера, а когда звонил, слышал, как от него отвязывались со злобной издевкой. Бедняга хотел выделиться и самоопределится в безразличном ко всему обществе, не замечая надменности по отношению к себе.

Над Яном смеялись, Марка возносили, а Луку не замечали, и каждый из них был рад своей доле. Лука понимал, что они были из разных миров и если бы не Марк, то он никогда бы не оказался в их узком и закрытом для посторонних мирке. Лука видел, что они обожествляли Марка, но презирали его с Яном. Он жалел, что Ян не замечал этого и желал во всем уподобиться им.