Ангел его мечты

В одной тунике и носках рванула на улицу. После всего просто жить не хотелось. Да, Стаи и не даст, в этом я была уверенна. Внутри меня бушевала паника и чувство безысходности.

***

– Ты думаешь, он здесь? – спросил Борис, сидящего рядом парня.

– Сигнал его телефона идет отсюда с вчерашнего вечера. Поэтому я тебе и позвонил.

– Лиза? – удивленно пробормотал Борис, увидев бегущую через дорогу полуголую девушку.

– Давай за ней, – скомандовал парень, Борис уже и сам прибавил газу и направил машину к мосту через реку.

***

Стоя на мосту, я держалась за перила и смотрела на протекающую внизу воду. Домой меня не примут, я опозорила родителей. Если поеду к бабушке с дедушкой, они не смогут видеться с моими братьями. Стас не оставит меня в покое теперь. Нужно исчезнуть, так будет лучше для всех. По щекам текли горячие слезы, ноги и руки начинали замерзать.

– Лиза. Не делай этого. Из всего есть выход, – проговорил рядом со мной Борис Андреевич.

Повернув голову, я увидела, что он приближается ко мне осторожными шагами.

– Не подходите ко мне. У меня нет выхода. Родители считают меня проституткой, запретили появляться домой. Парень, которого я любила, проиграл меня в карты. Я ненавижу его и этого ребенка. Я никому не нужна, – рыдая, проговорила я.

– Ты беременна? – остановившись, спросил Борис Андреевич.

– Да! Я дура наивная, верила Стасу и Вам. А, Вы, оставив меня тут, знали, что он появится и как отреагирует. Он был в бешенстве.

– Они тебя изнасиловали?

– На этом он не оставит меня в покое.

«Мне лучше исчезнуть», – выкрикнула я и отпустила руки, сделав шаг в низ.

– Лиза! – крикнул Борис Андреевич и кинулся ко мне.

Я не падала вниз, меня кто-то держал за тунику, а потом перетащил через перила обратно на мост и не давал вырваться.

– Отпустите меня. Я не хочу этого ребенка, я не хочу жить. Пустите меня, – кричала я и билась в истерике. Борис Андреевич, накинул на меня свое пальто и сжал в стальных объятиях.

– Тише, тише девочка. Ты нужна мне.

Родителям объясним, что все это злая шутка. Сейчас успокойся. Тише, вот так, – бормотал он, гладя меня по голове и спине, прижимая к своей груди. Когда я перестала вырываться, он поднял меня на руки и понес к машине. Я тихо плакала на его плече, бороться сил не было.

– Я не хочу жить. Мне не нужен этот ребенок и такая жизнь, – шептала я.

– Ребенок не причем. И ты будешь жить. Все будет хорошо, – проговорил Борис Андреевич и поцеловал меня в висок.