Либертион

Пока общественность битый час выбирала вино, причем особенно разорялся Мупочка, утомивший решительно всех сравнениями букетов и послевкусий вин (а ведь только что прослушал в деталях процесс их производства), Тиберий тихо улизнул в сторону барной стойки. Приближалось окончание увлекательного и познавательного светского вечера и, соответственно, поездка домой. От Пола, конечно, отвязаться не удастся, он, наверняка, останется на ночь. Требовалось морально подготовиться.

– Виски. Bowmore.

– О, конечно.

– Нет, мне – настоящий.

Улыбка мгновенно увяла, лицо юноши вытянулось, и он с искренним удивлением взглянул на странного клиента.

– Но… Почему? Возьмите нормальный, современный. Легкий, быстро проходящий эффект.

– Боюсь, сегодня мне нужен тяжелый и длительный, – усмехнулся Тиберий.

– В таком случае… Могу я?

– Конечно, – Тиберий с улыбкой протянул руку, терпеливо ожидая, пока бармен проверит его документы, отсутствие судимостей, медицинских ограничений и уровень страховки.

– Вы, наверное, новенький? – спросил Тиберий, в упор глядя на бармена своими непроницаемыми черными глазами. – И я у вас первый?

– Нет… – пролепетал парень и покраснел, но тут же поняв суть вопроса, смутился и залился краской еще сильнее. – То есть да, я работаю месяц, и никто еще ни разу не спрашивал настоящий виски.

Желая загладить неловкость, он поспешно и угодливо спросил:

– Сколько? Стандартный, двойной?

Тиберий бросил нечаянный взгляд в сторону их столика. Колин что-то серьезно и старательно объяснял Мупочке, а тот, выпучив от усердия глаза, зачем-то пытался запихнуть в рот внушительных размеров банан. Целиком. К несчастью для Тиберия, обладавшего тяжелым взглядом, вся компания тут же повернулась к нему. Мупочка с бананом во рту приветственно замахал руками, Мелисса, указав на Мупочку, сложила из пальцев сердечко, Колин расплылся в сладчайшей улыбке.

– Бутылку, пожалуйста.

Первую порцию Тиберий проглотил залпом, живительное тепло разлилось по груди, натянутые нервы немного расслабились. Он заговорил с барменом, сел, повернувшись спиной к суровой реальности в лице Мупочки и друзей, и минут пять прошли мирно и вполне приятно. Но, как сказал романтический поэт, ничто не вечно под луной.