Санчо-Пансо для Дон-Кихота Полярного

Оба до сих пор и дохлые…

Лучше слушайте, какие они оказались – братишки Колокольцевы, Виктор с Евгением, то есть я-то их по домашнему стал называть: Витя, Женечка, потому что оперировать мне мальчишек все-таки пришлось. Их аденотомировали обоих несколько лет назад, но она же после слишком раннего удаления отрастает заново, сия пресловутая глоточная лимфоидная ткань, от которой столько бед! Вот Женя и говорит мне, уже завернутый в простыню:

– А это будет очень больно?. Мне маленькому отрезали, я и не помню… Помню, что очень страшно…

– А сейчас как?.

. – тихо спрашиваю, протирая спиртовым тампоном ему лицо. Морщится сосредоточенно:

– Тоже страшно… Но, наверное, не так сильно…

– это очень, – говорю – хорошо, что не сильно… Знаешь, почему так получается – потому что ты сильнее! Страх вообще такое дело, которое нельзя выбросить… А вот пересилить… Женя, послушай меня. Больно будет, но совсем недолго и не слишком: я сейчас сделаю обезболивание, и большая часть чувствительности пропадет, понимаешь?..

А наркотизировать, вводить в сон, чтобы совсем ничего не было слышно, мне тебя нельзя. Будет кровь, и ты во сне захлебнешься. Так-то ее выплюнуть можно, правда?..

Смотрю, он улыбается.

– Спасибо, – говорит – Самуил Гедальевич, за предупреждение, а то доктора не предупреждают обычно… Наоборот… Говорят, что больно не будет. Можно… Можно меня не держать?.. Я вытерплю, честное благородное слово! А когда держат… Так унизительно, так… Вы ведь понимаете?..

– Понимаю, – отвечаю – и что честное слово значит, понимаю.

Только сначала посмотри сюда… Это кольцеобразный нож – называется аденотом. Он очень, очень острый, Женя… Специально для того, чтобы оперировать быстро. Если ты дернешься, я тебя порежу. Там, в горле. И никогда себе этого не смогу простить, даже если меня твоя мама простит… Ты ведь тоже понимаешь?..

– Я понимаю, – улыбка у него вдруг стала просто как надрезанный (ассоциация к месту…)

арбуз: до ушей – я теперь совсем не боюсь! Ничуточки, потому что вы нож показали! Все доктора инструменты прячут, а вы показываете!

– Я тебе потом его дам подержать, – обещаю – только резать им ничего не надо, там за точка специальная, ее очень просто испортить, и лезвие не трогай… А впрочем… Если хочешь узнать, как можно порезаться без боли…

– Ух, законно, – он аж подпрыгнул – давайте, Самуил Гедальевич, скорее! А Витьке я только издали покажу… Вот его завидки возьмут.

– Э, нет, тогда я тебя держать велю, если будешь жадничать. Не будешь?..