После – долго и счастливо

Я быстро избавляюсь от него, нажав на иконку браузера, и машинально набираю адрес Гугла. Этот телефон ужасно непривычный. Все так запутано, но спешить мне некуда, и я постепенно разбираюсь, как им управлять. Я купила его всего десять минут назад и до сих пор еще в магазине. Все с такой легкостью тыкают в гигантский экран и листают пальцами, но здесь очень много функций. На самом деле слишком много.

Но, как по мне, это здорово – есть чем заняться. От этой штуки можно не отрываться часами, а то и днями.

Я прокручиваю список жанров музыки, и меня просто потрясает, что бесконечное количество композиций становится доступно по щелчку пальцев.

– Хотите, помогу скопировать ваши контакты, фотографии и все остальное на новый телефон? – спрашивает девушка за стойкой. Я уже и забыла, что она и Лэндон здесь, – слишком увлеклась, пытаясь разобраться, как работает телефон.

– М-м, нет, спасибо, – вежливо отказываюсь я.

– Вы уверены?

В ее густо подведенных глазах застывает удивление.

– Это не займет много времени, – добавляет она, продолжая жевать жвачку.

– Я и так помню все нужные номера.

Она пожимает плечами и переводит взгляд на Лэндона.

– Мне нужен твой номер, – говорю я ему.

Раньше мне требовались номера только мамы и Ноя. Мне просто необходимо начать все сначала. Новенький сияющий телефон с несколькими сохраненными номерами в этом поможет. Я всегда упорно отказывалась от нового мобильника, но теперь рада не меньше, что его приобрела.

К моему удивлению, это очень ободряет: ни контактов, ни фотографий, ничего.

Лэндон показывает, как сохранять номера, и мы уходим из магазина.

– Я еще покажу, как закачать твою музыку. В любом случае с этим телефоном все намного проще, – улыбается Лэндон, сворачивая на автостраду. Мы возвращаемся из торгового центра, где я потратила кучу денег – обычно столько уходит на одежду в неделю.

Нужно начать с чистого листа. Никаких воспоминаний, никаких фотографий, перелистываемых одна за другой.

Я не понимаю, в каком направлении двигаться и что делать дальше, но знаю наверняка: зацикливаться на том, что никогда не было моим, еще больнее.

– Ты не в курсе, как дела у моего отца? – спрашиваю я Лэндона за обедом.

– Кен звонил им в субботу, сказали, что Ричард привыкает. Первые несколько дней – самые тяжелые. – Лэндон тянется через стол, чтобы стащить жареную картошку из моей тарелки.