Самые яркие звезды

В тот вечер везде горел свет, работал телевизор, и на весь дом спорили герои сериала «Скандал». А стоявшая в дверях Элоди нервно улыбалась. Что-то произошло.

Элоди я знала не очень давно, но довольно хорошо. Объединял нас, пожалуй, только возраст. Притом я чувствовала себя более взрослой. А Элоди, благодаря манере держаться, выглядела младше своих лет, особенно когда улыбалась. А уж если начинала волноваться, ей никто бы не дал больше шестнадцати. Поэтому я чувствовала себя ее защитницей.

Элоди изо всех сил старалась быть настоящей армейской женой, однако отношения с другими женами у нее не складывались.

Они подшучивали над ее акцентом, называли «жена с доставкой», хотя таких, как она, было немало. Многие военные знакомятся с будущими женами в интернете, и ничего. Этим дамочкам пообщаться бы со Стюарт. У нее наверняка имелись данные о том, сколько народу нашло себе спутников на сайте знакомств для военнослужащих.

Такова жизнь в большинстве гарнизонов – склоки и интриги. Стервозные соседки зарабатывали в «Фейсбуке» финансовыми пирамидами, а Элоди донимали за то, что трава у нее на газоне была на дюйм длиннее нормы.

Я не преувеличиваю. Лично видела, как приезжала начальница местного управления по благоустройству (затормозила так, что шины взвизгнули!) – и давай отчитывать Элоди: зачем, дескать, та дала траве сильно вырасти!

Да, именно, она измерила траву. И – да, больше ей нечем было заняться.

Потому Элоди предпочитала ночевать у меня на диванчике или на кровати. Смотря где заснет.

По-моему, ей лучше спалось на диванчике. Там она не звала по ночам Филипа.

Мне хотелось спросить у нее про того парня, Каэла. Она его явно хорошо знала, но откуда? Друзей у нее почти не было, она мало куда ходила. Или у Филипа имелись приятели помимо сослуживцев? Маловероятно.

Элоди села на диванчик и подобрала под себя ноги. Ее небольшая фигурка быстро менялась, рос живот. Я уже думала – куда в моем домике укладывать ребенка?

Элоди в то время увлекалась сериалом «Скандал», смотрела его впервые, не отрываясь.

– Какой сезон? – спросила я.

– Второй, – негромко сказала она.

Стаскивая туфли, я увидела уголком глаза какое-то движение сбоку и только тогда поняла, что в комнате есть кто-то еще. От неожиданности я вскрикнула. А он молча смотрел на меня – мой сегодняшний немногословный клиент. Сидел в моем кресле, темно-розовом, некогда красном. Мне его подарила бабушка перед нашим отъездом в Джорджию.

– Э-э, привет… – пробормотала я.