Тёмный лабиринт

Кэти брыкалась и извивалась, безуспешно пытаясь освободиться, но он, не обращая внимания на её крики и яростное сопротивление, вытянул вперед её руки и крепко стянул их ремнём. Пропустив другой конец ремня через ажурную кованую спинку кровати, он привязал запястья Кэти, и стянул узел так, что она ахнула от боли, затем рывком перевернул её на живот. Отстранившись, он некоторое время наблюдал за её отчаянными и бесплодными попытками освободится.

Очень скоро Кэти убедилась, что чем больше она вырывается, тем сильнее затягивается узел на её запястьях.

– Освободи меня немедленно! Не то ….

– Не то что? – он наклонился, почти касаясь губами её щеки, и спросил негромко. – А тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы угрожать?

– Ты же обещал, что ничего плохого мне не сделаешь! – Кэти, наконец удалось так повернуть голову, чтобы видеть его лицо – губы плотно сжаты, между светлых бровей залегла вертикальная морщинка. Раньше её не было.

– Я поторопился, – вкрадчиво заметил он, не без удовольствия наблюдая, как рассерженное выражение её лица сменилось испугом.

 – Видишь ли, на тот момент я являлся джентльменом, а теперь низложен до лакея, так что… Что не дозволено Юпитеру, быку совершенно не возбраняется.

Кэти сглотнула. Только теперь до неё дошло осознание своей полной беспомощности. А Эрик между тем спокойно поднялся с кровати, отошёл куда-то в сторону (Кэти не могла видеть), но через минуту вернулся, держа в руках шёлковую подушку, похожую на конфету.

Подпихнув её Кэти под живот, он задрал до самой талии юбку и подцепив пальцем её трусики лениво потянул их вниз. Кэти попыталась сжать колени, но он, насмешливо хмыкнув, одним резким движением сорвал трусики и бросил на пол. Потом не торопясь обошёл кровать и остановился, скрестив руки на груди. Кэти повернула к нему раскрасневшееся от унижения и злости лицо.

– Мы вроде бы на бал опаздывали, – она пыталась сохранить остатки самообладания.

– Пожалуй, я уже не спешу, – Эрик, казалось, забавлялся.

Стоял, опираясь коленом о край кровати и беспрепятственно её рассматривал – юбка задрана до самой талии, колени судорожно сжаты, на лице от стыда и обиды проступили красные пятна.

– Отпусти меня, – голос Кэти прозвучал так жалобно, что самой неприятно стало. – Что ты собираешься сделать?

– Ещё не решил, – он нежно провел ладонью по её обнажённым ягодицам, и Кэти почувствовала странное тепло между ног.