Вне времени

Но если на нас возложена подобная миссия, то что же делать всем остальным? Как и почему живут они? Не было ли это простым успокоением со стороны наших родителей? Чтобы подарить нам смысл жизни – избавление от исконного греха. Греха убийства, залога души и смешения чёрной крови с красной. Что же осталось от этого смешения? Лишь болезнь и боль. Боль, которая разъедает меня изнутри. Боль осознания неминуемого конца. Что бы Марк ни говорил – мой век ограничен. И он сам уйдёт вместе со мной. Он обещал. Он сдержит слово.

Он никогда меня не предаст. Он один. Он исчезнет со мной – и я буду спокойна, возле него.

У каждого живого существа есть две высшие потребности: любить и быть любимым. Даже если мы не столь живые, как люди, мы испытываем их. Кому-то достаточно первой, кто-то может ограничиваться лишь второй. Но и в том, и в другом случае нарушается это хрупкое равновесия счастья. Не в этом ли равновесии наша единственная надежда на искупление? Если нет… я запуталась.

* * *

– Кэри, не надо!

– Да я его поймаю!

Раздался звук быстрых шагов, кто-то бежал, и Уолтер, вышедший из-за поворота арки, едва успел отбить мяч, который в него летел, и ухватить за плечи девушку, которая, не успев остановиться, врезалась в него.

Мужчина мрачно взглянул на неё.

– Ой… Простите, сэр, мы не…

– Вы слишком шумно ведёте себя не только на моих лекциях, Кэролайн, но ещё и во внеурочное время? Научитесь вести себя подобающим вампиру образом.

– Да я не хотела, серьёзно!

Под суровым взглядом Уолтера, который становился таким довольно редко, девушка притихла.

Она отстранилась, поправила тонкую прядь, выбившуюся из ансамбля короткий фиолетовых волос. Уолтер приподнял руку, на неё опустился мяч.

– Я отнесу его господину Бернару, думаю, вы забрали его с арены, и вряд ли ваш преподаватель будет доволен тем, что…

– Сэр, а вы в последнее время отличаетесь дурным расположением духа, – к ним подошёл юноша, примерно с самого Уолтера ростом, бледный, как и все ученики этой академии, с тёмными волнистыми волосами и холодноватым взглядом карих глаз.

Кэролайн заметила, как изменился взгляд Уолтера, когда к нему обратился молодой человек. Мужчина сжал пальцы в кулак и произнёс настолько ледяным тоном, что Кэролайн передёрнуло:

– Ваши дерзкие интонации, Лэнс, непозволительны при общении с преподавателем. Если вы ещё раз, даже во внеучебное время, позволите себе подобное, я буду вынужден принять воспитательные меры.