Тоска

Может я вообще не в аварию попал, а это был какой-то запланированный розыгрыш, вышедший из-под контроля на дороге, но в этом отделении продолжающийся? Я знаю только одного человека, что мог такое придумать и продолжать реализовывать, даже с негативными последствиями. Это в его стиле и за это я его люблю, но вряд ли он сейчас в этом городе. Он обычно предупреждает, когда вернется, а мы последний раз с ним разговаривали пару месяцев назад, когда он только заселился в бунгало на Бали. Значит, это не может быть он. Еще и позвонить ему не могу.

Но, тогда предположим, что это даже не звук из моей палаты, раз я тут один, а предположим из соседней. Тогда откуда этот нестерпимый запах мочи? Не может человек за стеной так уссатся, что провоняет всё отделение. Если только… – Леша одернул одеяло, но там было сухо, – обоссался не я.

Соседнюю кровать тоже никто не занимал. Леша находился в пустой палате, окнами выходящей не на улицу, а на спину соседнего здания. Кирпичи отражали дневной свет, но недостаточно, чтобы в комнате было светло днем.

Ощущение времени в такой обстановке, также, как и галлюцинации становятся реальными. Звуки, слова, запахи могут стать обманом не только зрения, но осязания и обоняния. В любой момент реальность повернется таким образом, что ни одно из происходящих событий не сможет называться настоящим. И никаким временем вообще. Обман, в который придется поверить, ведь этот розыгрыш подстраивает не ситуация или человек, а мозг и он уже верит в это. И где бы не оказался, ты все равно увидишь то, что не хочешь принять.

Внезапно ребра потянуло так, будто весь сеанс иглоукалывания пришелся лишь на правую сторону и точечно под ребра. На стенах нет ни одного подобия часов, впрочем, как и тех, кто мог подсказать время. Леша вышел в коридор, но и там практически никого. Тишина. Если есть понятие гробовой тишины, то она звучала именно так, как Леша слышал её в стенах этого отделения. Склизкая, ватная, в которой ты увяз. Само отделение навевало дежавю, точно в таком же он лежал в двенадцать лет, когда сломал ногу в первый раз; в этом же отделении он был и в двадцать три, когда попал в аварию на мотоцикле и сломал ногу во второй раз; и в этом же отделении он в свои тридцать один.

Разница была только в том, что это было в разных городах. Закольцованный шаблон.

Когда придумывали больничные халаты для персонала, тогда и разработали дизайн отделений, чтобы пациенты могли ощущать себя спокойно в одинаковых коридорах.