Зоя. Том первый

Умная такая, да? Кого ты выберешь? Матроса? Обычного рабочего? Я вот этими руками и головой делаю вашу жизнь безбедной.

Отец потряс кулаками перед лицом Зои. Дочка смотрела на него глазами, полными ненависти.

– Я не выйду замуж по твоей воле! Не заставишь. Руки на себя наложу, так и знай.

– Только попробуй, – опять заорал отец и замахнулся на Зою.

Евдокия Степановна подскочила к нему, успела схватить руку мужа.

– Не смей, – завопила она. – Хоть и не моя дочь, бить не позволю!

– И ты туда же, – повернулся к жене Григорий Филиппович.

 – Дурные бабы. Что с вас взять? Посмотрите, как живут другие. Еле концы с концами сводят. Нашла кого защищать – глупую девчонку! Выйдет замуж как миленькая и точка.

Разъярённый Григорий Филиппович пнул дверь ногой и вышел вон. Отлетевшая дверь со всей силы заехала подслушивающей Гале по лицу. Она отскочила к противоположной стене, завыла и побежала к себе.

Дома ей ещё досталось от родителей. Поначалу Галин отец хотел пойти разобраться с соседями за то, что покалечили дочь, но когда узнал истинную причину, наказал Галю.

А мать долго отчитывала её по-турецки. Да так громко, что слышали все соседи, но разобрать не могли. В тот вечер Галя не пришла к Евдокии Степановне за заработанными деньгами.

Когда Григорий Филиппович вышел, Зоя легла на свою кровать, накрылась с головой и шептала еле слышно: «Янек, любимый мой, забери меня, пока не поздно».

Евдокия подошла к Зое.

– Доигралась? – спросила она строго. – Довела отца, он работает целыми днями ради твоего же блага, дура.

Пожила бы в бедной семье, окунулась в их заботы, тогда побежала бы замуж за того, кого отец предложил.

Зоя выглянула из-под одеяла.

– Спасибо, маменька, что не дали отцу ударить меня. Премного благодарю.

Евдокия поменялась в лице, присела на край кровати.

– Люблю же тебя, дуру неблагодарную. Хоть и нет у меня детей, тебя же сызмальства воспитала. Но защитить тебя не могу, не обессудь. Мне Григорий дороже. И его слово для меня закон.

Против него не пойду, хотела помочь, да не могу, так как прав на тебя не имею, – спокойным голосом произнесла мачеха.

– И не надо меня защищать, я правду сказала, не выйду, и делайте что хотите, – выпалила Зоя и опять накрылась одеялом.

Григорий Филиппович пришёл домой нетрезвый после полуночи. Евдокия Степановна никогда не видела его таким. Уложила мужа спать и всю ночь молилась, чтобы ничего страшного не произошло на мельнице.