Академия Беаты. Проклятие любви

Для упрощения ситуации разрешаю тебе временно называть меня Беата. А я тебя Сэй, я не ошиблась в твоем имени?

– Нет, – судорожно ответил он и осторожно обнял ее.

Девушка была на удивление хрупкой и приятной на ощупь. Обнаженной кожей он ощущал ее грудь сквозь сорочку, и это касание заводило еще сильнее.

– А ты молодец, схватываешь на лету, – оценила она и обняла за плечи. – А теперь закрой глаза и прочитай мои эмоции.

Сэйгур прижал ее крепче, вздохнул запах тела и закрыл глаза. Он увидел оранжево-розовые всполохи.

– Опиши одним словом, – потребовала Беата.

– Благожелательность.

– Правильно. Приступаем ко второй фазе – поцелуи. И нам лучше присесть.

Сэйгур без слов подхватил ее в охапку, сел на диван и усадил на колени.

Целоваться он начал так пылко и быстро, что пришлось даже его приструнить:

– Помедленнее, Сэй. Почувствуй, что ты делаешь!

Он остановился и начал по-другому. Такой поцелуй куда больше устраивал девушку: Сэйгур нежно и уверенно посасывал ее губы, язык осторожно исследовал рот, поцелуй медленно, но верно становился страстным и чувственным.

Когда оба прервались, чтобы набрать дыхания, она приложила палец к его губам и спросила:

– А теперь, что я чувствую?

Он прикусил ее палец, закрыл глаза и увидел уже ало-красные всполохи пламени:

– Тебе нравится.

– Правильно, – согласилась она. – Приступаем к третьей фазе.

Вопросительно глядя на Беату, он потянулся к шнуровке сорочки. Она улыбнулась, молчаливо соглашаясь с его действиями, и стала легкими прикосновениями ласкать его плечи и руки.

Спустив с плеч рукава, он потрясенно смотрел на ее грудь. Она оказалась на удивление большой и округлой, чего никак нельзя было предположить под бесформенным преподавательским балахоном. Воздух между ними загустел от возбуждения, и он с трудом, почти невесомо сжал грудь, ощущая шелковую плотность, и приласкал пальцами сосок. Беата застонала и изогнулась. Ей было приятно и хорошо, но она с тревогой прислушивалась к своим ощущениям – продолжения не хотелось. Не было того шквала возбуждения и эмоций, которые всегда приносили ей ласки Мэрджа. Неужели все-таки проклятье действует? Не может быть, чтобы она не могла почувствовать даже чистое сексуальное возбуждение, без всякой примеси любви!

Она с силой схватила схолара за голову, позволяя тому гладить и целовать ее грудь, ощущая приятную ласку, не более. А Лидон распалялся все сильнее – рукой он залез под рубашку и уверенно изучал ее бедра, распутывая завязки панталон.