Любовь на выходные

Да и невозможно было представить, с ее стеснительностью и воспитанием, как можно было озвучивать свои желания вслух!

– И даже если через месяц ты опять будешь здесь рыдать с разбитым сердцем и говорить что все мужики – сволочи, поверь мне, это стоит того! – гнула свою линию Яна.

– Тебе легко говорить, ты не рискуешь своим сердцем.

– Ну, ты же не влюбилась в него до потери пульса?

Варя задумалась. Потеря пульса у нее была, и даже неоднократно, но по сугубо… хм, физиологическим причинам. Означает ли это, что она влюблена? Кажется ли ей Макс прекрасным, замечательным и самым лучшим? Нет! Он хам, собственник и сексист.

А еще брутальный эгоистичный мужлан. Она немного успокоилась.

– Может ты и права. Может, действительно мне нужна настоящая неподдельная страсть, но где гарантия, что через месяц или два он не бросит меня ради какой-нибудь очередной модели? Да и вообще, он помирится со своей Илоной завтра же, а я останусь приятным уик-эндом в прошлом?

– Гарантий никаких, тут ты права.

Но в любви никто никаких гарантий тебе никогда не обещает. Если обещают – значит врут. Сердце, а главное, физиология не подчиняется никаким законам. И лучше жалеть о том, что сделала, чем о том, что так и не собралась сделать.

Выдав эту банальную сентенцию, оказавшуюся как никогда кстати, Яна с довольным видом откусила шоколадку.

– Осталась одна маленькая мелочь, – добавила Варя ехидным голосом. – Он мой босс.

– Ой, не смешите меня, босс. Ты его хоть раз видела за эти полгода, что работаешь в журнале?

– Нет, точнее не помню, может и видела, но не придала значения.

– Уверяю тебя, на него работает больше тысячи человек, кроме газет и журналов у него рекламное агентство, типография, газетные киоски, оптовые точки и по мелочи всякого добра. Ты в редакции его будешь видеть раз в месяц, если повезет. Так что не заморачивайся по поводу ваших рабочих взаимоотношений, между ним и тобой слишком много ступенек, и он слишком умный мужик, чтобы как-то влиять на твою работу через вашу постель.

А ты девушка скромная, сама ничего просить не будешь, я права?

Янка недаром ела свой хлеб в банке. Про потенциального любовника подруги она узнала все досконально.

– Он еще и богатый миллионер! – с ужасом застонала Варя, и опять расстроилась. Ей зримо представилась гора денег, на которой восседал недоступный Макс Еремин, и она, бедная журналистка-самоучка у подножия этой горы.

Яна вздохнула.