Остаться с тобой

Алена легла рядом и подумала, что не уснет до утра, но оказывается, вместе со слезами она выплакала возбуждение и ярость, и вместо них навалилась такая усталость, что сон пришел почти сразу.

Когда рано утром девушка посмотрела на себя в зеркало, ей стало жутковато. В нем отражалось бледное с красными пятнами лицо, с паклей вместо волос и тоскливым выражением глаз. Такой вид испугал даже ее, а подруг – тем более. Все дружно решили, что она заболела, а возражений и не последовало. Так было легче уехать без всяких объяснений, что Алена и сделала.

Она думала, что дома почувствует себя лучше, но стало только хуже. Фотографии Майкла, его подарки, его любимая чашка – все, что попадалось на глаза, яростно уничтожалось и летело в мусорное ведро. Точно также в виртуальную корзину летели совместные фотки на старом телефоне, в инстаграме и контакте. Взрывы ярости давали только временную передышку, а между ними она опять плакала весь оставшийся день, уткнувшись в подушку, и забылась только к вечеру.

Вечером пришла мама и путем вкрадчивых расспросов, на которые получала ответы в основном всхлипами и междометиями, выяснила суть дела. Мудрая Вероника Сергеевна не стала мучить дочку дальше, и оставила в покое.

Следующим утром лучше не стало. Вставать с кровати не хотелось, а хотелось уткнуться носом в стенку и лежать так до скончания веков. В голове девушки против ее воли постоянно прокручивалась ужасная сцена в домике и было не понятно – как? Неужели Соню и Майкла настигла внезапная страсть, и они не смогли сдержать эмоций? Или оба были нетрезвыми и Майкл их перепутал? Обе блондинки, примерно одинакового телосложения.

– Доча! – мама тихо вошла в комнату и поставила чашку с горячим какао на тумбочку у кровати.

Даже сквозь слезы Алена непроизвольно улыбнулась – мамуля знала, что может утешить в трудную минуту.

– Мам, я хочу побыть одной.

– Я тебя понимаю, Ален. Но этот глупец не стоит твоих слез, поверь своей мудрой мамочке.

Она верила, но правильные и логичные слова никак не влияли на сердце. А ему было больно. Словно в сердечном замке провернули ключ на лишних пол-оборота, и теперь заклинило всю дверь. Не туда и не сюда.