Остаться с тобой

Ей захотелось запустить в этого пижона бутылочкой с лосьоном, но она сдержалась и как можно любезнее спросила, обращаясь к обложке:

– Апельсиновый, яблочный, фреш?

– Апельсин и лайм напополам, и быстрее, если можно.

Алена пошла за соком, в душе кляня себя за отзывчивость. Зачем она вообще откликнулась на приглашение этого симпатичного корейца, если у него в друзьях такой грубиян? Зато позади себя она услышала короткую перепалку на корейском.

Оба парня проводили ее долгими взглядами.

– Ты чего сунулся со своим соком? – спросил недовольный Джин Хо.

 – Ты посмотри, какой у нее вид сзади. Да и спереди все на уровне. Я бы ее сейчас уже лосьоном мазал, если бы ты не вмешался.

– Ты браслет не видел? Обслуге отношения с туристами запрещены. – Тан соизволил опустить книгу и посмотреть на друга поверх темных очков.

– Какие отношения, ты о чем вообще? Просто поболтать со свежим личиком. Она из России, представляешь?

– Странно, что официантка, а не танцовщица, но это ничего не меняет, – лениво отозвался Тан, – твои серые глазки обязана знать корейский и разговаривать с клиентами на нем.

– Не знает она корейский, или говорит, что не знает. – Джин Хо взмолился: – Не вздумай идти разбираться с менеджером по персоналу! Нам здесь пять дней мариноваться, и если у меня не будет увлечений, я со скуки помру.

– Я тут, между прочим, из-за тебя, а тебе скучно? Смотри, как бы эти увлечения твоя Ын Соль не застукала.

– Она уже не моя, так что с этой стороны мне бояться нечего.

– А она в курсе, что вы расстались?

– Она первая мне об этом сообщила. Как только провалилась на прослушиваниях в девичью группу, так хвостом и вильнула. Обычная история. – Джин Хо растер лосьон по рукам и плечам и снова попросил, – Не возникай, пожалуйста, я тебя прошу.

Когда Алена со стуком поставила сок на столик, странный парень никак не отреагировал, все также закрываясь книгой. Ну и ладно! Она пожала плечами, борясь с желанием показать язык яркой обложке, взяла флакон, быстренько намазала живот и плечи и улеглась, пока все молчали.

Осталось прикрыть лицо своей шляпой, закрыть глаза… и проснуться от настойчивого прикосновения к плечу.

– Тебе не пора вставать? – ее трясли настолько грубо и невежливо, что она яростно сорвала шляпу, но увидела над собой только темный силуэт головы в ореоле яркого солнца. – Ты лежишь неподвижно уже десять минут и наверняка обгорела.

– Вот черт, – она непроизвольно выругалась на русском и вскочила.