Любовь на троих не делится

Умело и властно всунул колено между ног, навалился всем телом и поцеловал. Алекса успела только ахнуть. Отвечать на поцелуй не входило в ее намерения совершенно, но что делать, если это студент со сверкающими глазами снился ей несколько ночей. Поэтому на несколько секунд она поддалась слабости и жарко целовалась с этим красавцем. Отрезвление пришло быстро. Целуя ее, Колин быстро задрал подол ее юбки и стал гладить бедро опытными движениями бывалого соблазнителя.

– Нет! – она попыталась оттолкнуть его, но с таким же успехом могла трогать скалу.

 – Студент Дюбуа, уберите от меня свои руки!

– Ты хочешь поиграть в преподавателя и студента? – прошептал он ей на ухо и прикусил мочку уха, а потом лизнул в шею. – Что ж, я не против.

Она вздохнула.

– Колин, подожди!

Что–то в ее тоне заставило его выпрямиться и слегка ослабить давление тела.

– Колин. Ты мне очень нравишься, если честно. Но я так устала от своего предыдущего романа, что совсем не хочу начинать новый прямо сейчас. Она взяла его лицо руками и погладила щеку.

 – Давай пока остановимся на этом поцелуе, ладно? Не торопи меня, пожалуйста.

Тогда Колин нехотя согласился с ее просьбой. Это было полгода назад. Потом была командировка с охранными раскопками на месте грандиозной стройки в Южной Америке. Потом она замещала уехавшего преподавателя. Колин был на периферии ее сознания, она помнила о нем. И вот сейчас, здесь встретила вновь.

Осознание того факта, что она будет жить целый месяц в одном лагере с двумя мужчинами, которые к ней неровно дышат, засело такой тяжестью в мозгах, что она лишь вяло махнула рукой на слова Мицуро, что тот воспринял как разрешение на заселение.

Вечером он попытался сделать из модульных блоков большую кровать, но был вовремя остановлен подушкой в лицо и покорно раздвинул кровати по разным углам. Алекса действительно не хотела крутить романы, когда на карту было поставлено ее ближайшее будущее.

Как только она приехала, ее еще раз основательно и тщательно измерили, просветили, взвесили и заставили пропотеть под датчиками и мониторами.

Результаты этих измерений гробовым голосом зачитал душегуб, и тщательно стал осматривать ее визуально. Хотя Алекса и была в тонком трикотажном белье, но, внезапно, она почувствовала себя голой под этим придирчивым мужским взглядом. Ощущения были слишком непривычными, и она в ответ также сурово посмотрела на него.

– Отвратительно! – изрек блондин и замолчал. – Ужасные показатели.