Жена проклятого некроманта

– А если он вас обозвал, леди де Варгас? – вскинул брови Алистер.

– Кровь из носа пойдет, – произнес на грани слышимости Тиам, закатывая глаза. А когда понял, что его услышали, приосанился и пояснил: – Силы моей жены на большее не хватит.

Ах вот в чем дело, оказывается! Как там охарактеризовал дух Хлою? Слабосилок?

– Мы не можем отказать в праве отката, – с неудовольствием вынес вердикт дознаватель, поправляя монокль и то и дело с опаской поглядывая в сторону Алистера. – Только давайте быстрее, у меня еще масса дел.

«Повторяй», – прошелестел дух-хранитель.

Не знаю почему, но мне не понравился его тон. Насмешливый, предвкушающий, торжествующий… Да только времени разбираться не было.

Я коснулась пальцами татуировки и произнесла несколько зубодробительных слов. То ли немецкий, то ли древнее проклятие.

А в следующую секунду со стен потекла краска. Так мне показалось, но, приглядевшись, я поняла, что это ручейки тьмы. Они тянулись со всех сторон, из всех уголков подобно черным змеям, собираясь в клубящийся туман на полу.

В темных волнах реяли алые всполохи, а до слуха доносился яростный шепот тысячи голосов, с каждым ударом сердца звучавший все громче и громче.

В последний момент я успела посмотреть на Тиама. С его лица исчезло самодовольство и необоснованная вера в собственную неприкосновенность, уступив место неподдельному ужасу. Он попятился, пытаясь увернуться от тянущейся к нему тьмы, но в какой-то момент та просто накрыла его с головой, словно цунами, поглощая вместе с ним и душераздирающий вопль.

Секунда – и все прекратилось.

Голоса стихли, а тьма растворилась, оставив после себя лишь серые хлопья пепла.

О господи! Я что… только что убила человека?!

К горлу подступила тошнота.

В гробовой тишине с восхищением присвистнул Алистер. А дух за моей спиной разразился этаким злодейским хохотом.

«Так ему! Будет знать, как насылать запрещенные заклинания! Нападать на род Варгас!»

Мать моя женщина… То есть этот поганец знал, чем все закончится? Знал и не сказал мне?!

– Запротоколируйте смерть моего сына, – приказал лорд Тиор.

Его голос был холоднее арктического льда. – И мои обвинения Хлое де Варгас в убийстве.

– Конечно.

Дознаватель тут же вернул себе документы и перо, начав что-то быстро строчить.

«Пес продажный», – прорычал мне на ухо хранитель.

Злость главы рода Тиор ощущалась кожей. Я бы, может, и в его взгляде это прочитала, но сама не могла оторвать глаз от того, во что превратился Тиам.