От укусов ос

Строю из себя недотрогу, этакую строгую леди, которая заведует крупной корпорацией, спешит с одного заседания на другое, а к ней пытается пробиться маленький скромненький журналист из самой дешевой газетенки. Главное, зайти в дом, дальше неважно. Чувствую на себе взгляд Алена, и ключ, как назло, не хочет попадать в замок.

– Викки, я очень скучал, – начинает он, но я его прерываю, ибо ключ соизволил отпереть дверь:

– Банально, друг мой. Придумай что-нибудь новенькое, а то мне уже становится стыдно за такую примитивность перед твоими будущими дамами.

Только зашла в особняк, ноги подкосились, и я ухватилась за крючок для одежды, дабы не свалиться без чувств. Где-то глубоко внутри рана еще заявляла о себе, правда, это была уже не острая боль, а скорее тупая, едва ощутимая. Я же не люблю его. Уже. Правда, ведь?

– Что с тобой, дорогая моя Виктория? – холодный ровный голос вывел из транса. Глаза сфокусировались на темном пятне. Оно стало силуэтом, а еще через пару секунд мадам Лимой.

Она смотрела на меня, и мне хотелось провалиться сквозь землю. Я сколько живу здесь, еще ни разу не предала себя ее сомнениям. Что будет, если сказать ей правду? Преподаст мне урок? Отправит в комнату как Тару? Наверно, это первый раз, когда я не то, что не знаю, скорее, боюсь говорить.

– Виктория, ты плохо выглядишь, – продолжала Лима. – Пойдем на кухню, выпьем чаю, – она протянула левую руку, и мой взгляд скользнул по безымянному пальцу.

– Почему вы развелись с мужем?

– О, как.

Вопрос, конечно, занимательный, но сейчас не я страдаю, а ты. Давай лучше поговорим о тебе, пошли.

На кухне только что закипел чайник. Сегодня нас двое: Марли оформляет школу для праздника, Хелен вновь гуляет (и совершенно очевидно, что гуляет не одна, судя по сверкающим глазам, когда возвращается домой), Тара в библиотеке (нет, не читает высокую поэзию, просто развлекается с новым поклонником).

– Кто тот молодой человек, который добрых полдня крутился около дома?

Я чуть было не поперхнулась чаем.

Бедняга, так долго ждал. Стоп, стоп, Викки! Тебе его не жалко. Будь как Тара: ну, крутится, пусть и дальше крутится, денег от этого у меня в кошельке не прибавится.

– Мой старый знакомый.

– От старых знакомых самообладание не теряют, – мадам сидела с идеально ровной спиной, спокойное безразличное лицо, глаза строгие, непроницаемые. Хозяйка держала кружку на кончиках пальцев, понемногу отпивая содержимое.