Тлеющий: Part 2

А вот мои мыли меня не отпускали, может и не зря мне из всего моего женского коллектива запомнилась именно Лира, мы.. похожи, как это можно назвать? Я не знаю, случалось ли у неё в жизни что-то, может и нет, может она сама по себе такая и этот мир не сломал её.

Помузыкалили мы ещё около часа, попили чай, пообсуждали книги, Сатана всё это время валялся на коре и следил за происходящим.

– я не хочу ломать свой гениальный образ панка, но почему ты согласилась, чтобы я приехал к тебе?

– прозвучит странно, но за тот период, что я пребываю в Питере у меня нет особо друзей в привычном понимании, а от вечного одиночества устаешь.

– что значит «в привычном понимании»?

– люди с которыми ты регулярно видишься, ходишь куда-то, у вас есть общие тусовки и тд. У меня есть мой коллега Дима и ещё пара знакомых.

– а… моя близкая подруга осталась в Москве, похожая ситуация уже происходила, очень трудно так поддерживать общение на самом деле.

– поэтому я и общаюсь с тобой. – с улыбкой произнесла Эля.

– ха, ну спасибо.

Большую часть времени мы просидели с гитарами, разбирая стихи, после играя кавера. Я отметил, что Лира прекрасно поёт, но о занятиях вокалом она мне не поведала. Решив сделать перерыв, мы отправились на кухню перекусить. Сделали по два бутерброда и сели за стол, притащив с собой кружки с чаем, Сата последовал за нами, у него тоже было время обеда.

– Ты куда на зимние каникулы поедешь? – сделав глоток чая, спросила Вронская.

– планировал в Москву, надо навестить родителей, брата, съездить на могилу Лины и навестить также старых друзей.

 – спокойно ответил я. – а ты?

– к маме. В Петрозаводск.

– кота с собой заберешь?

– да, а кому я оставлю его тут?

– логично. Поэтому у меня и нет домашнего животного, а ещё я слишком безответственный и свободолюбивый для этого. Могу пропасть на весь день или всю ночь.

Лира ничего не ответила, лишь улыбнулась и мы продолжили есть.

– кстати, у мня шкаф в комнате, я его раскрасить хотела, расписать как-то, поможешь?

Идея показалась мне интересной, на мебели мне ещё не удавалось творить.

Закончив трапезу, мы направились в комнату, оценить поле действий. Шкаф не выделялся какими-то особыми деталями- он был белый, а двери узорчатые с впадинами, образовавшими квадраты.

– можешь рисовать что хочешь.

– вообще без разницы?

– да. Маркеры в органайзере на столе.

В квадратиках уже были рисунки: руки с картины «Сотворение Адама», абстрактное приведение и ещё что-то.