Энциклопедия Акатова

Я помню, как пылал,

Сжигая в понимании

Любовь, что мне дана,

Как вера и мечта.

Я в жизни не искал

Людского сострадания,

Пока я лично сам

Его не осознал.

Ты помогаешь людям,

Кто обделен заботой

И кто был отречен

От ласки матерей.

Ты стала почти всем,

Как искренность, свобода,

И осталась жить

Теплом в душе моей.

Изолированная любовь

Не готов любить частями,

Ибо всю отдай мне и плоть,

Изолируй меня тайно,

И пусть тайной станет ночь.

Звезды искренне мерцают,

Искренна любовь моя,

Я не знал, сейчас я знаю,

Что такое западня.

Где бы ты ни находился,

Безоружные все те —

Тот, кто начинает злиться

И любил кого-то вне.

Мы лишь запираем двери,

Но не заперты сердца,

Провоцируют сомненья,

Нет не стены, – ты и сам.

Белый лебедь

Я ревновал, кричал и рвал,

Метал слова и междометья,

Я так любил, тебя прощал,

В руках твоих мой белый лебедь.

Нет, непризнание – надежда,

Крик отчаянья в пустоту,

Тебе знакомы ласка, нежность,

Расскажи как быть, пойму.

Строки пусть текут рекой,

Слух ласкают, ранят, колют.

Сердце знает эту боль,

Я зову ее – любовью.

Лишь ты

Я рву судьбу на лоскуты,

Минуя страсть, обиду,

Мне нужна, нужна лишь – ты,

Как страждущим молитва.

Твоя улыбка и типаж,

Твой стан и твои плечи,

Как невиданный кураж,

Лишивший дара речи.

Насколько сила велика

Воли и чертогов,

Любовь не может быть одна,

Как и душа без Бога.

Как я, как ты и все вокруг

Говорят и дышат,

Ты одна замкнула круг,

Ты любима, – слышишь?

Тавро счастья

Меня пленили стервы,

Подруги ублажили,

Горячие мегеры

Сердце растопили.

Обидой сладострастной,

Слезами искусили

И самое прекрасное

Чувство раскалили.

Захлебываясь страстью

Дерзких откровений,

Тавром клеймили счастья

И путами смиренья.

Я выпадал из жизни

И возвращался снова,

Любовь без компромиссов,

Комплексов и споров.

Взрывая мир оргазмами,

Стонами и криками,

Наполнив его красками

И ночными скрипами.

В идеале – лирика

На сексодроме похоти,

Истерика и мимика,

Где нет места робости.

Одинокая мечта

Вы – часть меня,

В своих искушеньях

Я представлял

Мгновенья любви.

Я бы обвил

Руками колени,

В вишневом закате

Пунцовой мечты.