Поляна боли и счастья. О любви, рождении и смерти

Он и её родители поняли, как они в своё время были не правы и даже жестоки, что во время беременности оставили её совсем одну и без какой-либо помощи, но сейчас они стали гораздо больше стараться для их семьи и особенно, для маленького Севочки.

А Надя, тем временем, лежала в психбольнице. Но вскоре выписалась, вернулась домой, и муж её встретил с цветами, да и в целом понял, как мало он уделял ей внимания, и как был раньше порой бессердечен. Узнав от неё всю историю, что привела Надю к попытке суицида, он её не ругал, а наоборот, похвалил за милосердие и неравнодушие.

И сама она была хоть и заторможена после лекарств, но чувствовала себя гораздо счастливее.

То, что происходило в больнице, она плохо помнила, но у неё осталось парочку воспоминаний. Например, как одна девочка постоянно плакала и истерила первое время, и психиатра это так достало, что он стал её запугивать:

– Если не замолчишь и будешь дальше пытаться привлечь к себе внимание, я тебе поставлю шизофрению!

– Да плевать! Ставьте! Я хоть смогу инвалидность оформить и буду пенсию получать!  – крикнула она.

– Да не дождёшься! Знаю я вас таких, лишь бы не работать! – ответил он.

– Не смейте с ней так разговаривать! – в ярости заорала Надя.

– А ты не смей меня затыкать! Мала ещё, чтобы спорить!

Надя вскочила с кровати и уже была готова сделать что-то ужасное, как её быстро подхватили санитары и привязали. Ей укололи галоперидол и она замолчала. Её начало трясти, но уже не от злости, а от побочных эффектов препарата.

Через какое-то время она познакомилась с этой девочкой, её звали Таня. Она тоже лежала с попыткой суицида, которую она совершила из-за непонимания со стороны родителей и окружения в целом.

– Понимаю тебя, у самой было похожее… – вздохнув, сказала Надя.

– А у тебя что?

– Я тоже пыталась покончить с собой. Помогала одной беременной девушке, а она погибла. Не уследила я за ней. Да и вообще, плохой я, наверное, человек, плохая жена, мать… – утирая слёзы, рассказывала Надя.

 – Семья у меня, и сын Савелий. Больше всех на свете по нему скучаю. Что я натворила, чуть жизни себя не лишила. А как же сын?!

– У всех всё бывает, не стоит себя корить и обесценивать. Ничего, скоро выпишешься, увидишь мужа, сынишку, всё наладится!

– И у тебя тоже! Спасибо за поддержку!

Наде на душе стало легче после разговора с Таней, и вскоре она уснула.

– Я доула, кстати… – как-то сказала Надя.

– Кто?

– Доула. Помощница в родах.