Мои слова под дождем не мокнут, или Повесть о потерянном солнце. Книга, основанная на музыке, снах и воспоминаниях

Поперек живота белел толстый шрам с мелкими шрамиками поперек – либо от язвенной болезни, либо от сильного ранения. Мужчина покачнулся, пытаясь что-то достать, потом выправился и кинул птицам горсть каких-то сушеных насекомых. Птицы бросились на корм, а он не сказал ни слова.

– А вы кто?

– Я не знаю.

– Вы в порядке?

– Я в порядке.

Мужчина говорил тихо и сухо, будто на допросе. Речь его не имела оттенков. Она была проста как белая простыня.

– Вам нужна помощь?

– Мне не нужна помощь.

– Как вас зовут?

– Я не знаю.

– Что вы здесь делаете?

– Я кормлю птиц.

Ия посмотрела на меня. Я пожала плечами и отошла чуть назад.

– Вы не знаете как вас зовут?

Мужчина поднял на нее глаза. Гладко выбритое лицо не выражало ни единой эмоции. Я подумала – а знает ли это лицо хоть одну эмоцию?

– Я не знаю как меня зовут.

– С вами что-нибудь случилось?

– Я не знаю. Я просто сижу тут и кормлю птиц. Всегда.

– У вас нет имени?

– Не знаю.

– Вы что-нибудь помните? Вам точно не нужна помощь?

– Я пытался уйти отсюда. Но каждый раз оказывался здесь. Мне нужна помощь. Но вам нельзя.

– Почему? Вы голодны? Вам нужна еда? Где вы спите? Вы тут живете?

Он приложил палец к губам и покосился на птиц у своих ног. Они не подняли голов. Они пожирали корм, не обращая внимания ни на одного из нас.

– Я питаюсь тем же, чем и они.

Он полез в карман и достал щепотку птичьего корма.

– Что это?

– Кузнечики.

– Нет, спасибо.

– Сплю в лодке. Когда идет дождь раскрываю зонтик.

– А почему нам нельзя вам помочь?

– Птицы не разрешат.

– Как это?

– Они все слышат.

– А вы не пробовали их убить? Что, никогда не стреляли?

Птицы подняли на нее свои головы. Лицо мужчины изобразило судорогу. Он достал из кармана платок и вытер им напряженную шею.

– Больше такого не говорите.

– Ладно.

– А вы тут только птиц кормите? Или у вас есть другие дела?

– Других дел у меня нет.

– Я тоже иногда рисую. Покажите мне что вы рисуете.

Он в последний раз прошелся платком по лбу и засуетился – видимо, никто никогда не интересовался его увлечениями (что, даже папа?). Тетрадь он нашел где-то в лодке. Я подозреваю, что там был специальный отсек, что-то вроде полочки, куда не попадала вода при дожде. Тетрадь была помята и все же влажна, кое-где были песочные разводы.