Неожиданный Город. Фантастический роман

Шевелиться было смерти подобно – вертолёт замер в неустойчивом равновесии. Осторожно осмотревшись, Шпыря принял решение: прыгать всем сразу, тогда будет шанс уцелеть. Но сначала он вызвал по рации помощь:

– Седьмой, седьмой, я тридцать первый! Срочно ответь! Приём!

База отозвалась только после пятой попытки.

– Седьмой на связи! Приём.

– Тридцать первый – седьмому. У меня авария в секторе три шестнадцать! Вынужденная посадка! На скалу! Самим не выбраться! Приём.

– Понял тебя, тридцать первый.

Подожди маленько, буду согласовывать! Приём.

Потянулись минуты ожидания. Вертолёт покачивался и поскрипывал, что оптимизма не прибавляло. Поэтому экипаж замер, дыша носом и через раз. Через нервно проведённые сорок минут рация ожила:

– Тридцать первый, тридцать первый! Я седьмой! Приём!

– Я тридцать первый! Приём! – радостно откликнулся командир экипажа.

– Высылаем на помощь двадцать восьмого. Приём!

Колумб дёрнулся, услышав это. Под двадцать восьмым был зашифрован старший лейтенант Ногарук, с которым Христофор всего неделю назад подрался на танцах из-за доярки Маруси, кокетничавшей напропалую с обоими лётчиками.

Тёзка великого мореплавателя тогда победил по очкам.

«М-да-а… лучше бы кого-нибудь более другого прислали…» – кисло подумал он, представив лицемерное сочувствие на роже Ногарука при виде его беспомощного состояния.

– Принято, седьмой! Конец связи.

Не дожидаясь команды, Колумб выбросил контейнер с НЗ и флягу с водой.

Кипятков выбросил пулемёт: авария аварией, а оружие – оружием! За его утрату строго спросят!

– Все отстегнулись? – заботливо спросил Шпыря, – Тогда прыгаем! На счёт три! Раз… два… два с половиной… приготовились! Три!!!

Все дружно прыгнули, повалившись друг на друга. Кипятков больно ушиб коленку и заругался, но офицеры не стали делать ему замечание за не предусмотренные уставом слова. Вертолёт же, подумав секунд десять, медленно, со скрипом, накренился и рухнул в пропасть.

– Фу-у! – облегчённо-горестно выдохнул экипаж.

«Однако, вот я и безлошадный!» – закручинился Колумб, ибо павший в бою вертолёт был закреплён за ним, – «Жди теперь неизвестно сколько, пока новую машину пришлют…»

Осмотрелись: овальная площадка была размером десять на восемь метров. Поверхность её была неровная, сплошные острые, как ножи, бугры, кочки и уступы. Ни сесть, ни лечь… Помощь должна была прилететь часов через десять.