Артиллерия уничтожает танки врага. Книга о герое Советского Союза Алексее Махнёве. Книга 2

Началось лето, самое хорошее время года. Солнце светит над головой, слепит глаза.

Паровоз тянет военный эшелон, пыхтя своей трубой, из которой валит чёрно – серый дым. Бойцы стоят у перил ворот вагона и печальным взглядом прощаются с Хабаровском. Одним словом, с Дальним Востоком, где многие бойцы послужили здесь более двух лет. Многим подразделениям пришлось участвовать в ликвидации провокаций на границе Маньчжурии с японскими диверсионными группами и военной боевой техники. Приходилось артиллеристам подавлять японские военные точки с артиллерией.

Мимо них всё дальше и дальше удаляются предприятия, жилые дома Хабаровска, постепенно переходя в посёлки, парки, леса, луга и поля. Люди у домов занимаются своим делом. Тут же пасётся домашний скот, играют дети. Бегают возле них собаки. Всем хорошо, ведь здесь нет войны, и не бомбят самолёты.

Началась однообразная картина природы. Видны бесконечные сосновые леса вперемежку с елью. Иногда встречаются лиственные деревья берёзы, дуба, клёна.

Вид этот напоминает сказочный лес из детства.

Прошло два часа, как вагоны ритмично раскачиваются на рельсах, по которым военный эшелон всё дальше и дальше удаляется от Хабаровска. Многих бойцов утомило смотреть на однообразный лес, кто – то лёг отдохнуть на нары, кто —то продолжал смотреть на пейзаж леса, думая о доме, о семье, что ждёт его на Западе, где идёт жестокая война с фашистской Германией.

Солнце садилось на Запад. Стало прохладней, ветер обдувал, бодря лицо. Хорошо становилось и комфортно бойцам.

Незаметно, в глубине вагона заиграла гармонь и зазвучала песня в несколько голосов, переходя плавно в мужской солдатский хор:

– Бьется в тесной печурке огонь,

На поленьях смола, как слеза.

И поет мне в землянке гармонь

Про улыбку твою и глаза.

Про тебя мне шептали кусты

В белоснежных полях под Москвой.

Я хочу, чтобы слышала ты,

Как тоскует мой голос живой.

Ты сейчас далеко, далеко,

Между нами снега и снега.

До тебя мне дойти не легко,

А до смерти – четыре шага.

Пой, гармоника, вьюге назло,

Заплутавшее счастье зови.

Мне в холодной землянке тепло

От моей негасимой любви.

Песня звучала в теплушке вагона, наводя и печаль и радость. В глазах у многих бойцов навернулись слёзы, вкратце вытирая их.

Эту песню военных лет написал музыку К. Листов, слова А. Сурков, 1942 года.

Незаметно прошёл день, солнце склонилось к горизонту. Время 20 часов вечера.