Клей

Макс хочет, даже мечтает открыть человечеству настоящую причину катастрофы. Уже год он вынашивает корыстную, эгоистичную, тщеславную цель прославиться благодаря своему открытию. Эта группа – его подопытные. Пусть даже это произойдет путём уничтожения, какая уж разница. Всё перемешивается. Из всех участников ему более или менее нравятся София и Сандра. Остальные настолько убогие и ничтожные! Он еле сдерживается, чтобы отвращение не отразилось на лице. Хотя Макс думает, никто бы этого не заметил. На его лице ни один мускул, ни одна эмоция не выходят за грань натянутой маски.

Он настолько привык сдерживать и прятать свои эмоции, что это, безусловно, отражается на внешности. Квадратные скулы, тонкий нос, глубокие глаза и низко посаженные брови, впалые щёки и белые-белые волосы. В дополнение – покровительственный взгляд и добродушная улыбка. Это выглядит мужественно, мощно, уверенно, красиво.

Так проходит два часа. В разговорах, спорах и препирательствах.

– Сегодняшняя наша встреча подходит к концу, – произносит Макс.

 – Давайте поделимся друг с другом, кто с чем уходит, что было полезно в сегодняшней встрече каждому из нас.

– Мне ничего не было полезно, – оскалившись во весь щербатый рот, выпаливает Динара и поправляет очки. – Скорее всего, я больше не приду. Я считаю, что это пустая трата времени. И вообще, я здорова. Уже здорова. Бывшего мужа отрезали, когда он наконец-то сдох, пьянь подзаборная, и я теперь могу снова познакомиться с другим мужчиной.

– Ты же его прилепишь снова, – съязвил рыжий.

– Ну и что? Пусть прилеплю, он же не будет пьяницей.

– Откуда ты знаешь, каким он будет? – слегка улыбнувшись одними уголками рта, спросил Макс. – Обычно в жизни человека всё повторяется лишь с небольшими отличиями, как по спирали или по кругу.

– Да и ладно, – Динара, изобразив невозмутимость, шмыгает носом, разворачивается и на стоптанных вбок каблуках ковыляет к выходу.

Она вызывает чувство жалости, и не столько к её убогому внешнему виду, сколько к её зашоренности и непониманию обыденных вещей.

И таких людей, погруженных в иллюзию, самообман, большинство. Проще находиться в «розовых очках» и придумывать самому себе оправдания своих поступков, мыслей и чувств. Причём для себя это всегда звучит очень и очень убедительно. Не как оправдание, а как устойчивые жизненные убеждения, которые впитались с молоком матери, скопированы со своих семейных сценариев.