Лимит

«Как же его зовут?» Вспоминаю, кричу, – «Трезор, Трезор свои». В окнах темно…. Стучу…. За дверью шорох и вдруг такой знакомый и родной голос мамы, «Кто?». «Я», – отвечаю, – «я». Тишина. Загорается свет и на пороге появляются отец, мать и моя младшая сестра Галя. Родные, любимые. Меня усаживают за стол. Мать с Галей быстро накрывают. Мы выпиваем с отцом по стопочке за окончание службы…. И вот он долгожданный сон под отчим кровом… Все мысли на завтра, а сейчас спать.

Утром меня будет крик петуха под моим окном, открываю глаза.

Комната вся та же: те же ходики на стене, те же синие обои, сервант, комод с ажурной салфеткой, двухстворчатый шкаф, и конечно мой любимый палас с вышитой картиной из «Трех медведей»….. Знакомо, дорого… Из маленькой кухни доносятся голоса мамы и Гали, дурманящий запах еды. Все уже встали. Одеваюсь, привожу себя в порядок и за стол. Оладушки с творогом, варенье, манная каша, чай…. Как этого всего не хватало там, за Уральскими горами, там где тянулась служба.

– Какие у тебя планы, сынок, на жизнь? – спрашивает отец.

Его голос четкий, немного суровый эхом раздается в тишине, где слышно только стук столовых приборов и поглощении пищи.

– Хочу попытать счастье в Москве – отвечаю я.

– Москва- это хорошо- одобрительно кивает отец.

– Генка, твой закадычный друг, год назад уехал туда через лимит, он сейчас в отпуске у матери. Ты бы поговорил с ним – вмешивается мать.

«Вот это удача», – решаю я и бегу к нему.

«Лимит еще не открыт в этом году и откроют ли, не знаю…», – рассказывает Генка – «в Подмосковье, в некоторых городах, как Люберцы, Железнодорожный, он открыт, а в Москве – надо ждать».

Первый пинок под зад…. Огорчение…. Значит Подмосковье.

Месяц отдыхаю дома, помогаю родителям по хозяйству. А в июле еду в Люберцы. Иду в отделение кадров строительного управления №31. Документы на руках. Не берут. Просят выписку из техникума. Забираю все обратно, еду домой за злосчастной бумажкой. На календаре пятница. В понедельник заберу выписку, а во вторник обратно сюда.

Еще один нюанс. Все не так просто. Приезжаю домой, мать говорит, что приходил Генка, спрашивал меня. Иду к нему. И слышу радостную новость, лимит открыт. Удача мне улыбнулась. В понедельник я вместе с Генкой сел в поезд «Калуга – Москва».

Мы стояли на пороге в большую суетную жизнь мегаполиса. У каждого из нас были свои мечты, свои планы. Молодые, окрыленные, мы не боялись рвануть в бой за местом под солнцем.